Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

феникс

Модераторское

В связи с изменением правил Livejournal мы начинаем строже относиться к книгам и запросам на политическую, национальную и религиозную темы, так как не хотим последствий, связанных с Российским законодательством.

Просьба более вдумчиво относиться к комментариям, любой комментарий, который можно истолковать как розжиг конфликта на указанную тему - бан сразу и без предупреждения.

Также будем признательны за обращение нашего внимания на спорные комментарии, которые можно понять превратно и не в пользу сообщества.

"Эпоха сверхновой" Лю Цысинь

Если бы мы с тобой создавали этот мир, он был бы лучше, не правда ли?
Ремарк

Отличная книга. Я не самая большая поклонница китайского фантаста, но "Эпоха Сверхновой" приятно удивила. Представьте себе Мир без взрослых, кардинально отличный от реальности "Повелителя мух". Мир, где дети, предоставленные самим себе, должны научиться поддерживать установленный родителями порядок, а после продолжить жить без опоры на их помощь, поддержку, знания и навыки. Именно в таком положении оказывается человечество после вспышки сверхновой недалеко, по космическим масштабам, от Земли.

Очень скоро выясняется, что избирательное воздействие радиации на геном убьет всех, кто старше тринадцати лет (не спрашивайте, каким образом это стало известно, Лю Цысинь не из авторов, дающих внятные ответы). Так или иначе, в довольно короткий промежуток времени произойдет полная смена базовых принципов функционирования человеческого общества, а мир наследуют дети и младенцы. Первые должны научиться заботиться о вторых. Это кроме освоения в рекордные сроки взрослых профессий.

Collapse )

Интересное и необычное книжное впечатление, пища уму, если не сердцу. Хорошо, что роман появился у нас в формате аудиокниги, текстом я бы вряд ли сподвиглась читать. Исполнительская манера Игоря Князева, как ничья другая, подходит этому роману, детские голоса удаются ему замечательно.

"Американская пастораль" Филип Рот

Я любил тебя больше, чем ангелов и Самого. И поэтому дальше сейчас от тебя, чем от них обоих

"Что за комиссия, создатель, быть взрослой дочери отцом" - сказал устами Фамусова Александр Сергеевич, продолжив ряд стенающих родителей. Начатый еще сказками, где капризы своевольной царевны губят имевших неосторожность оказаться рядом, приводя родителей в отчаяние. Позже, на границе тысячелетий, взойдет звезда тетки, которая будет строчить дамские детективы сомнительного качества. Литературоведы и критики станут недоумевать, в чем феномен Донцовой, сойдутся на том, что народ наш темен. Не поняв, что дело в одной из базовых концепций Дашутки: "вы не виноваты, что они такие".

Collapse )

Отличная книга. Горькая, глубокая и жестокая. И такая неожиданно актуальная, спустя двадцать три года, в части шварцев (кто понимает). Филип Рот мощь.

Это вот называется выглаживающей машиной, а то - натяжным устройством, ты называешься детка, а я называюсь папа, это называется жизнью, а то - смертью, это - безумием, то - горем, это - адом, чистейшим адом, и, чтобы выдержать это бремя, нужно быть крепко связанным с жизнью, это называется «вести себя так, словно ничего не случилось», а то - «сполна заплатить, бог лишь знает за что»
зок

Патрик Мелроуз. Эдвард Сент-Обин



Жизнь – боль, взросление - травма. Всегда.

Катю изнасиловал папа – травма. У Васи умерла мама – травма. Другой Кате не купили сережки с бриллиантами на день рождения – травма. Второй Вася увидел, как мама с папой занимаются сексом – травма. Третья Катя нашла дохлого воробья – травма. Совсем иной Вася голодал пока его родители бухали – травма. И так до бесконечности. Все мы - череда Кать, Вась и Патриков, ставших самими собой благодаря своей травме, и барахтающихся в ее последствиях до конца жизни. Впрочем, зря я о травме в единственном числе, ведь некоторые получают целый комплект «выигрышных» билетов.

Collapse )

"Внезапно в дверь стучат" Этгар Керет

Она вспомнила про аборт и про то, как мама, верившая в переселение душ, настаивала, что душа младенца переселилась в ее ощипанного кота.
-  Послушай, как он плачет, - говорила она Орит, - послушай, какой голос - как у младенца. Он у тебя четыре года и никогда так не плакал.
Орит знала, что мама несет чушь и что кот всего лишь унюхал еду или какую-нибудь кошку за окном. Но вопли его и правда звучали немножко как детский плач, и он не замолкал всю ночь.

Пару дней назад наткнулась на фейсбучный пост о том, что рассказ умер, и по статистике теперь рассказов не читают, а люди прямо даже оговаривают, когда просят совета, что почитать - рассказов не предлагать! Удивилась, сама различий между формами не делаю, крупной читаю больше исключительно потому, что малой сейчас появляется немного. Однако сборник израильского писателя Этгара Керета третий за месяц, не так уж мало.

Collapse )

Там много хороших, "Золотая рыбка" еще отличная, "Гуайява", "Укол" То есть, думаю, что все они по-своему хороши, но в этот раз в мое настроение попали эти, а в другой, может - другие были бы. Ах, еще вот про ложь отличный "Ложнолэнд". И "Рассказ-победитель". "Илан". Хорошие рассказы, отменный перевод. Спешите видеть, рассказ еще жив.

Пельцер Д. Ребенок который был вещью. Потерявшийся мальчик.



Шокирующая история детства мальчика просто потрясла меня. Каждая страница первой книги буквально была пропитана необъяснимо-нечеловеческой ненавистью матери к своему старшему сыну, Дэйву Пельцеру, автору этой трилогии. Третью книгу мне так и не удалось найти — я думаю, что ее просто еще не перевели на русский язык. В первой книге автор рассказывает о себе с четырех лет до двенадцати, во второй — с двенадцати до восемнадцати.

«Ребенок, который был вещью».

Жестокое обращение с детьми. Одна эта фраза наполняет душу леденящим холодом. Кажется, что этого не может быть никогда, потому что этого просто не может быть… Ну, может быть, это было когда-то давно, во времена Ч. Диккенса. Ан нет, в газетах время от времени появляются статьи про издевательства над детьми. Но заметка в газете — это одно, а книга, написанная повзрослевшим ребенком, что подвергался издевательствам, — совсем другое. То, что рассказывает Дэйв Пельцер настолько ужасно, что не поддается никакому человеческому объяснению.

Collapse )

"Последнее время" Шамиль Идиатуллин

Мы не товар, мы мары. Мы не убиваем, не продаем, не подчиняемся и не отступаем. Мы ростки земли, дети богов, сестры птиц и матери мира, мы решаем сами и отвечаем за себя, наш живот — Мать, наша рука — Арвуй-кугыза, он умирает ради нас и живет ради нас — всегда.

Шамиль Идиатуллин мастер текстовой эргономики - в небольшой объем умещает максимальный смысл. И у него удивительное чувство языка. Я не о стилистическом многообразии, авторская повествовательная манера легко опознается. Не в последнюю очередь вспышками многозначных лексических единиц в простом, экономном в изобразительных средствах, тексте. Слово или выражение, стертое до обмылка, полыхнет вдруг остро иным смыслом.

Мары "Последнего времени"имеют, конечно, отношение к марийцам нашей реальности: самоназвание, политеизм, священные рощи, кугыза (глава, первосвященник, духовный наставник). У автора давний серьезный интерес к фольклору и традициям малых народов России. Но до чего хорошо это "мары", если бы не было, нужно было бы придумать. Подсознание вычитывает из них безбрежное море и Марью Моревну-прекрасную королевну, мир и смерть, морок, мрак, кошмар, мороку, марево.

Collapse )

Героям "Последнего времени" потребуется то и другое, никто не даст гарантии благополучного исхода, а свет в конце туннеля не раз и не два обернется тупиком с гнилушками. Финал крутой, возможность испытать уровень собственной читательской продвинутости пойдет бонусом.

  • id77

Забавный момент из книги А. Ширвиндта про Леонида Маркова

Здравствуйте уважаемые.
Книга называется "Склероз, рассеянный по жизни"

Леонид Марков был для меня в те годы идеальным воплощением актера и мужчины. Богема не в литературно-теоретическом плане, а в наглядно-житейском пленяла меня совершенно. Он был для меня авторитет. Стройный и гибкий, как лоза, сильный и пластичный, с жеманно-порочной речью, наделенный универсальным актерским диапазоном. Витавший над ним донжуанский, немного жутковатый ореол безотказной любви – все это пленяло и подчиняло.
В 1958 году у меня родился сын. Разочарование мое было безграничным: я хотел дочь! Я мечтал о дочери. Родители, жена, друзья, коллеги наперебой убеждали меня, что я идиот, что все прогрессивные отцы во все времена и у всех самых отсталых народов мечтали о сыновьях – продолжателях рода, дела, фамилии и так далее. Я вяло кивал и убивался. Наконец слух о моих терзаниях дошел до Леонида Васильевича, и он призвал меня для разговора.

Collapse )

Герхард Хольц-Баумерт, Злоключения озорника



В сборник "Злоключения озорника" входит две книги - "Здрасьте, меня зовут Альфонс Циттербаке" и "Альфонсу Циттербаке опять не везет". Подборка веселых историй, рассказанных читателю от лица десятилетнего немецкого школьника из Восточной Германии Альфонса Циттербаке, которому не сидится на месте и который постоянно попадает в курьезные ситуации. По жанру очень похоже на произведения Николая Носова и Виктора Драгунского, но с немецким колоритом и особенностями. В отличии от героев Носова и Драгунского Альфонс Циттербаке, как бы это сформулировать поточнее, более социально ответственный и педантичный, что не мешает ему попадать в еще более комичные ситуации.

Книга малоизвестна широкому кругу читателей, надеюсь что она станет приятным сюрпризом для многих.