Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

лаванда с книгой

"Сын" Филипп Майер

Месяц переваливает за половину, а я пока прочла/прослушала целиком только один, но очень большой, роман Филиппа Майера "Сын". Его рекомендовал 5x6 к посту об индейцах: https://chto-chitat.livejournal.com/14030762.html#comments. В основе сюжета три линии семьи Маккалоу: 1850-х, 1917-х и 1946-х годов. На мой взгляд, самая интересная первая: повествование о жизни Эли МакКаллоу. Индейцы-команчи напали на ранчо его семьи и на глазах ребенка изнасиловали и зверски убили мать и сестру, а затем, уже в походе, убили старшего брата — любителя классической поэзии, мечтателя и гуманиста. Главного героя тоже страшно мучили, превратили в раба, а когда он пытался бежать, то, как и татарским пленникам в романе "Очарованный странник" Николая Семёновича Лескова, надрезали пятки. Тем не менее, Эли МакКаллоу не только выжил, но и смог стать достойным индейским воином, настоящим членом племени.

Затем есть история его сына, Питера МакКаллоу, который пошел не в отца, а в погибшего брата, постоянно страдая и рефлексируя, он не согласен с жестким отцом и с тем, как тот получает богатства. В результате Питер сбегает в Мексику, а нам остаются его дневники, которые мы на протяжении всей книги читаем.

И третья героиня, правнучка Эли и внучка Питера, Джинн Анна "JA" Маккалоу. Эта дама унаследовала стойкость своего прадеда и стала богатой нефтяной миллиардершей. Ее мы находим старухой вспоминающей прошедшую жизнь. В целом это очень увлекательный, приключенческий роман, но в нем также достаточно много необычных мыслей, параллелей и анализов нашей действительности. Ниже цитаты.

Collapse )

Анни Эрно. Место в жизни.

Повесть Анни Эрно «Место в жизни» начинается описанием смерти отца  автора  от болезни. Дочь переживает за родного человека  и вспоминает прошлое.

До призыва в армию отец был подсобным на ферме. Рабочих часов никто не считал, фермеры скупились на еду. В начале войны 1914 года ходил в кино. Весь зал читал вслух подписи под кадрами, большинство не успевало прочесть до конца. Армия открыла отцу другой мир, Париж, метро, военная форма всех уравнивала, казармы была побольше некоторых имений. Вместо проеденных сидром зубов отцу бесплатно вставили искусственную челюсть.

После войны  отец поступил на канатный завод, вечером после гудка он был свободен, и от него не разило хлевом. Он выбрался из первого круга ада. Там отец и познакомился с матерью. Отец немного «мнил о себе». «Мой муж никогда не был просто рабочим» - говорила мать.

Когда отец получил сотрясение мозга, свалившись со стропил, у матери возникла идея приобрести лавочку.  Нужна была лавка, которую продавали бы недорого из-за того, что на ней много не заработаешь. Наводили справки, больше всего боялись, что их обведут вокруг пальца и им придется снова вернуться на завод. 

Collapse )

"Святой Вроцлав" Лукаш Орбитовский

Откуда-то появились кучи чудесных предметов, подаренных космическими пришельцами или ангелами. Кто-то самовоспламенился, кто-то ходил по воде; люди левитировали или плевались ртутью. Я отгрыз больное крыло птицы; она жива и ужасно мне благодарна.

Если на вопрос о польских фантастах вы готовы назвать Лема и Сапковского, то ваши сведения безнадежно устарели. Сегодняшняя польская фантастика являет плеяду столь ярких и непохожих между собой звезд: Дукай, Гжендович, Комуда, Майка, Збешховский - что англоязычной остается уныло курить под лестницей, про отечественную милосердно умолчу.

Collapse )

Это, правда, ни на что не похоже. Скорее странно, чем страшно. Поэтично, омерзительно, обыденно - все вместе, как в жизни. Это стоит читать. Я только еще хочу сказать несколько слов о Владимире Марченко, подарившем перевод не только этой книги но и многих других интересных. Не знаю, почему в среде читающей публики считается хорошим тоном ругать его, на самом деле, перевод отличный.

Там есть маленькое солнце, и дуют морские ветры; ты заходишь и сбрасываешь с себя страдание, можешь оглянуться, как оно трепещет за тобой словно хвост ящерицы. Там нет ни дня, ни ночи - только вечный рассвет.

АНАНТА МУРТИ "САМСКАРА".

Ананта Мурти. Самскара

В основу «Самскары» легло подлинное событие: во время чумной эпидемии брахмины не допустили неприкасаемых на прививочные пункты, а когда мор стал распространяться, завили, что чуму вызвали неприкасаемые, которые посмели переступить порог индусского храма.

Самскара - похоронный обряд.

Один из главных героев, брахман  ПРАНЕШАЧАРИЯ,  или  АЧАРИЯ - гуру местных брахминов,  женат на калеке, ухаживал за ней и со скромной гордостью думал: «Я зрею для освобождения из круговорота жизни и смерти». Не спал с ней.  Он сознательно взял себе в жены калеку. Потом он оставил жену у осчастливленных родителей, а сам уехал учиться. Вернулся. Он кормил жену с ложечки, выполнял ежедневные молитвенные обряды, «накапливая добродетели с тем же пылом, с каким  скупец копит деньги». По вечерам повествовал о любовных похождения святых». Разгонял понемногу тьму в брахминских головах, набитых молитвами, смысла которых они не понимали».

Его мутило от запаха спиртного.  «Ему все идет: и длинная прядь волос на макушке, и кастовый знак на лбу – кружок и черточка. Никто не может так элегантно набросить на себя золототканый шарф, как он. Говорят, их у него 15 штук, преподнесенных в награду за победы в ученых спорах с искушенными пандитами Южной Индии».

Collapse )

"Сад радостей земных" Джойс Кэрол Оутс

Пусть и вправду, Постум, курица не птица,
но с куриными мозгами хватишь горя

Я люблю Нору Галь, восхищаюсь ею, росла на книгах в ее переводе. Какие-то прочла и отложила, другие перечитываю. Есть те, которые только узнаю. Как "Сад радостей земных", написанный в шестьдесят седьмом, переведенный шесть лет спустя. В который пришла через полвека, и это было как домой вернуться или разговаривать с другом после долгой разлуки - чудо снова слышать голос, подаривший лучшие истории. Но объясните же мне, кто-нибудь, для чего Лебедь стал Кречетом. Какой в этом был смысл? Одно слово (хотя бы и не простое слово, а имя) сломало внутреннюю логику повествования. Превратило четкую стройность в замысловатую странность.

Collapse )

Он не быстрый хищный кречет. Лебедь, который сам становится добычей хищника. Тот, кто обрывает жизнь, не найдя любви. И это настолько точно соответствует внутренней сути героя, его глубинным побуждениям, его манере нести себя чуть в стороне от остальных, дружелюбному непониманию чужой агрессии - что просто захлебываешься в эмоциональном водовороте, куда увлекает разница в одно слово. Может крамольную вещь скажу, но кажется, книга не обрела у нас той популярности, на какую могла по праву рассчитывать именно из-за внутренней фальши, которую подсознание фиксирует даже тогда, когда на сознательном уровне все хорошо. Такие они, трудности перевода.

"Метроленд" Джулиан Барнс

К чему бросаться в крайности; какой в этом шик?! И почему, поддавшись обманчивому соблазну совершать поступки, мы испытываем стойкое ощущение вины?

Пять из шестнадцати, меньше трети. Обычно, встретив своего автора, читаю у него все, до чего могут дотянуться. Джулиан Барнс в личной табели о рангах в статусе гения, но с ним довольно книги раз в год-полгода. Его романы как гномий медленный хлеб, сытости от которого хватает на долгую дорогу, а переедать и в голову не приходит. Барнс не для удовольствия и развлечения. Он чтобы находить точку внутреннего равновесия и настраивать свое звучание на резонанс с мировой гармонией. Спокойно, просто, без надрыва.

Collapse )

Событийный план сдержанный, чтобы не сказать скудный. Подростки убеждены в собственной исключительности, мечтают о том, как мир ковром ляжет им под ноги, ничего пока толком из себя не представляя. Юноши пробуют жизнь на вкус, находя его приятным, хотя не без горчинки, и понемногу избавляются от иллюзий. Молодые люди в первой поре зрелости понимают, что можно (и нужно) быть счастливыми даже не совершив ничего эпохального. Учатся принимать жизнь и себя такими, какие есть. Простая цельная история, в которой, однако, уже слышен голос будущего Барнса: философа, утешителя и утишителя скорбей. Иногда неожиданно смешного.

Его пес Фердинанд умер вскоре после того, как дядюшка решил, что количество мяса в собачьей еде явно излишне, и стал кормить Фердинанда «съедобной» смесью, которая состояла наполовину из сухих собачьих котлеток и наполовину из древесных опилок. Он бы, наверное, разбавлял водой даже воду для Фердинанда, если бы знал -