Category: здоровье

Category was added automatically. Read all entries about "здоровье".

Sphinx
  • m_ike

Найти фразу

Цитата из "Дикой охоты короля Стаха":

"До этого времени у меня, как почти у всякого здорового, морально не развращенного и лишенного чрезмерной чувственности человека, были к женщинам ровные, товарищеские отношения, иногда даже с примесью какого-то непонятного отвращения. Наверное, так оно бывает у многих, пока не приходит настоящее."

То ли у меня дежа вю, то ли я уже видел похожее у какого-то английского писателя. Может, у Роберта Стивенсона. А, может, и не у Стивенсона. Мол, ранее я, как и положено всякому не развращенному (неиспорченному? здоровому? приличному?) молодому человеку, чувствовал к женщинам легкое отвращение. На всякий случай открыл пару романов Стивенсона, написанных от первого лица (не "Остров сокровищ", конечно) и поискал по словам "развращ", "испорч" и "женщин". Ничего не нашел. Кто вспомнит?

Помощь зала

Помогите вспомнить как называлась советская книжка посвященная гигиене и здоровому образу жизни, вполне себе научно- популярная. Что мне запомнилось: в книге есть условно художественная часть - с двумя главными героями - советскими пионерами - высоким заучкой и низким и плотным лентяем-качком. переживая разнообразные приключения оба учатся закаливанию, чистке зубов и прочему ЗОЖ. Параллельно, в виде отдельных статей, рассказывается о куриной слепоте, белой горячке, цинге и прочем ужасе жизни вне ЗОЖ. Рисунки Генриха Валька

Лина Данэм "Я не такая"

Лина Данэм в начале своей книги обещает быть честной и держит свое обещание. То есть по-настоящему держит. Часто, знаете, встречается такое, когда кто-то обещает рассказать о себе всю неудобную правду, а вместо этого выдает пару-тройку вполне невинных эпизодов, за которые ему якобы стыдно, но на самом деле нет. Данэм не такая. Она обещает и говорит. Ей самой это нужно. Хотя, наверное, на наш слух эта книга звучит куда откровеннее, чем на слух американский.

Книга Данэм, конечно, не стала для меня неожиданностью. Я смотрела ее сериал Girls, который мне нравится (не меньше мне нравится и то, что он вовремя и на правильной ноте завершается). Лина много говорит о сексе и своем опыте бестолковых отношений. Делает она это, опять же, очень откровенно, но с определенной целью: показать, скольких усилий и времени ей стоило понять, что, позволяя "обращаться с собой как с куском дерьма", ты "начинаешь незаметно для себя падать в собственных глазах". Казалось бы, проще некуда, да? Но сколько девушек понимали это до того, как ввязались в бездарные и даже унизительные отношения?

Collapse )

(no subject)

Здраствуйте, посоветуйте что нибудь похожее на «Янки при дворе короля Артура» или на «Принц и нищий» Марка Твена. Нравится чувство юмора и здоровый сарказм.
тушканчик

"The Crimson Petal and the White", Michael Faber

В пространственно-временном континууме мировой литературы нет места более обжитого, чем Викторианская Англия, более промозгло-туманного, более уютного, более опасного, более упорядоченного, более безумного, словом, более адекватно воплощающего диккенсовскую максиму превосходных степеней "It was the best of times, it was the worst of times." С тремя десятками тысяч только диккенсовских персонажей, статистически верно разбросанных по социальным группам, мы, его читатели, фактически, знаем каждого сотого лондонца середины девятнадцатого века, то есть имеем в среднем куда лучшее представление о его мире, нежели о том, в котором сами живём. Тем острее наш интерес к очевидным смысловым упущениям, табу и недоговорённостям викторианских романистов, не вполне приличное желание заглянуть за створки кэба, за двери викторианского ватер-клозета, под котелок к безупречному джентльмену, под кринолин строгой мисс. Белые пятна викторианской семантики вызывают любопытственный зуд, как недоступные, убранные от нас под замок в социальной сети свадебные и семейные фотографии более способного и социально признанного одноклассника, с которым десять лет - как один день, и с выпускного - ничего.
Попыток дописать за Диккенса/Теккеррея/сестёр Бронте то, что те говорить не считали уместным, делается в наше время до десятка в год. Попыток удачных мне известно лишь три: ставшая классикой "Любовница французского лейтенанта" Фаулза, "Квинканкс", восхитительный, самодописывающийся детектив Паллисера, и "Багровый лепесток и белый" Фабера - роман-преодоление уже постмодернистского, текстоцентричного, одержимого сексом и всеми видами анальных комплексов взгляда на литературу. Мы, в общем, уже не подпрыгиваем в ужасе от сознания того, что за день на улицах Лондона оставлялось в среднем сто тонн навоза, что задымлённость не позволяла носить даме белую шаль дольше одного дня, а лайковые перчатки - дольше пары часов, что под многими кринолинами и нижними юбками мисс и миссис равно не было ровно ничего, кроме вечно распухших, вечно больных от холода и попадающей в них с загаженных тротуаров грязи половых органов, поскольку неприличное французское изобретение - панталоны - носили тогда лишь неприличные же женщины, коих было в середине правления Виктории в одной только столице до ста тысяч - по одной на тридцать жителей, считая женщин, стариков, детей.
Фабер, разумеется, не пренебрегает в своём романе шокирующими подробностями викторианской куртуазной гигиены,
Collapse )
1
  • mak494

Гюстав Флобер "Госпожа Бовари"

- Перечитал роман Гюстава Флобера «Госпожа Бовари». Кажется, иногда это название переводят, как «Мадам Бовари», но у меня книга Гослитиздата от 1952 года, старая, потёртая, с пожелтевшими листами, на обложке которой странная виньетка, прямоугольник, а в центре прямоугольника название «Госпожа Бовари».

Коротко о содержании: некто Шарль Бовари, здоровый, смирный и туповатый юноша, с трудом учится в медицинском заведении и с ещё большим трудом получает диплом врача и начинает лечебную практику.

Как-то посещая больного фермера, которому неожиданно удачно вылечил перелом ноги, Шарль знакомится с дочерью фермера Эммой, а потом женится на ней, не понимая, что тем самым совершает большую ошибку: Эмма не его поля ягода – не подходит ему для совместной упряжки, чтоб вместе тянуть семейный воз. Если Шарль спокойный, добрый и недалёкий человек, третьеразрядный провинциальный доктор, то Эмма, ставшая его женой, натура романтичная, чувственная, мечтательная. Её – влечёт; ей хочется богатства, блеска, высшего общества, страстей, любви, поклонения. Ей претит повседневная жизнь, быт, воспитание ребёнка, обыкновенные радости обыкновенных людей. Ей страсти подавай! А тут (под ногами путается) какой-то муж, ограниченный, приземлённый, со скромным достатком. Она ненавидит мужа, презирает его, видит в нем ничтожество, и мечтает о кавалерах с титулами, о тайной страсти, любви и прочих причудах экзальтированного воображения.

Вот так и существуют в браке два человека: один ездит на вызовы к больным, пытается достойно, по его понятиям, содержать семью, любит жену и дочь; другой, Эмма, не любит мужа, не любит дочь (она отдаёт дочь кормилице и редко видится с малышкой), плохо занимается домом, покупает себе наряды и - мучается своим положением, своей неудовлетворённой чувственностью.

Дальше банально: Collapse )
  • malinsi

Ариэль Бюто. Цветы осени

«Я всегда предпочитала бутоны цветам, а обещания - сбывшимся надеждам» - так начинается эта книга.
Жюльетта находит на чердаке старого дома свой девичий дневник. Ничего из того, о чем она мечтала в юности, не сбылось. Не было в ее жизни путешествий, она не стала великой пианисткой, и замуж вышла не по любви. Она понимает, что в ее жизни не было ничего, о чем можно было бы вспомнить, кроме нескольких событий, которые произошли с ней в молодости – первая любовь, провал на конкурсе, неудавшееся путешествие в Венецию. Ее дни были наполнены заботами о муже, дочери и доме, а потом о больной внучке, они были похожи один на другой и тем самым милы сердцу Жюльетты.  Сама она говорит: «У меня больше нет желаний, впрочем, одно все-таки осталось, но оно похоже скорее на манию: лишь бы ничего не менялось!»
Но, читая свой юношеский дневник, она понимает, что «проиграла свою жизнь из страха проиграть ее…», и хотела бы хоть как-то исправить урон, который когда-то нанесла своей жизни, отказавшись от приключений и неожиданностей ради стабильности и предсказуемости. И пусть она далеко не молода, она все-таки влюбится и совершит путешествие в Венецию. «Лучше погибнуть в полете, лелея давнюю мечту, чем сдохнуть на больничной койке!»
В общем, не надо ждать прихода старости, чтобы пытаться наверстать упущенное. Надо жить прямо сейчас. «Лучше прожить нечто, что плохо закончится, чем не жить вовсе».
И еще одно очень точное наблюдение: «Счастье способно сделать непривычного к нему человека жестоким. нам легче делиться с другими тем, чего мы нахлебались в этой жизни по самое "не хочу".
pilot

Вестон Прайс

Здравствуйте коллеги!
Возможно кто-то заинтересуется книгой Вестона Прайса (Weston Price   Nutrition and Physical Degeneration,
имеющейся в абсолютно свободном доступе.


african kid
  "Здоровое" питание.

Книга научная и даже очень популярная. Предназначена для тех, кому нужна не Малышева и "британские учёные", а желеобетонные факты того, как за одно-два поколения деградировали изолированные племена и целые народы после прихода к ним цивилизации.

Сахар, белая мука, концентраты, отсутствие витаминов - вот причины катастрофы на африканском континенте. И мы уверенно шагаем в том же направлении.

Я удивлён, что книга до сих пор не переведена на русский язык. Более того, автор даже не упомянут в русскоязычной Википедии, его гуманитарный научный фонд (а это тысячи научно-популярных книг и работ по ЗОЖ) неизвестны русскоязычному читателю.

Если вы не знаете английского, посмотрите хотя бы фотографии. Зрелище не для слабонервных!
время не ждет

Эльчин Сафарли. Розовые сопли или язык сердца?

Эльчин Сафарли "Сладкая соль Босфора" и "Рецепты счастья" - две мои любимые книги у этого автора.

В последней есть все, что мне нравится: кулинария, история похудения, написанная художественным языком (кстати, описан один из самых действенных и приятных методов), один из моих любимых городов - Стамбул и про любовь на языке сердца, чувств и эмоций.

А вообще, у меня к его книгам странное отношение. Как и у многих, судя по отзывам.

Иногда мне кажется, что в них переизбыток розовых соплей, клетчатых пледов, приторных чувств.

Иногда мне кажется, что каким-то образом автор залез мне в голову и транслирует мои мысли на бумагу.

А иногда я просто наслаждаюсь нарисованными картинами: города, вкусного блюда, отношений, любви.

Автор пишет о любви, чувствах и пишет на языке не разума, а эмоций, сердца. Здесь очень трудно удержаться на грани и не скатиться в пошлость и приторность. Иногда Сафарли это удается.

А ещё он удивительно описал Стамбул. Я сначала там побывала, а потом прочитала о нем у Сафарли. Именно в части Стамбула мне кажется, что автор прочитал мои мысли. Я увидела Стамбул именно таким: двойственным, щемяще-прекрасным, притягательным, суровым, суетливым и хитрым. И жестоким, порой.

Грин Дж. «Виноваты звезды»

виноваты звезды

В 15-16 лет к подростку приходит первая любовь, нарушая во всем его прежнюю жизнь. Щедро окрашивая каждый новый день яркими красками, она обещает юному созданию райские кущи. Но так случается, что иногда в этот дивный мир врывается страшная болезнь – онкология! И тогда беда – страх, боль, предчувствие неотвратимого.

Но в том-то и дело, что жизнь, а тем более, молодость, у человека - одна. Ей свойственна невиданная энергия, упорство, желание быть счастливым вопреки всему…

Collapse )