zabavka (zabavka_real_13) wrote in chto_chitat,
zabavka
zabavka_real_13
chto_chitat

Categories:

Чарльз Буковски "Хлеб с ветчиной"

Имя Чарльза Буковски всплывало то тут, то там, но книг его мне не попадалось, а рецензии не вызывали особого интереса. Тем не менее, когда в нашей Открытой библиотеке появились книги этого автора, я немедленно взяла первую попавшуюся и принялась с предвкушением читать.

Я выбрала наугад «Хлеб с ветчиной» - достаточно скромное название, - и была озадачена толстеньким томом в сияющей серебряной обложке с прямоугольником апельсинов в центре. Стоит ли говорить, что апельсины в книге не упоминаются ни разу, а атмосфера далека от «серебряной» и хоть сколько-нибудь сияющей. Ну что же, предположим, что в оформлении использован метод «от противного».

Действие происходит в Америке времен Великой Депрессии (к слову, мне не то чтобы импонирует, но забавляет эта привычка американцев даже самую дерьмовую ситуацию увидеть в несколько ином свете, назвав ее «великой»: все не просто плохо, а Очень Сильно - Так Что Великолепно - Плохо). И роман выдержан именно в этом ключе – в жизни главного героя и вокруг все настолько мрачно, что в этом появляется драматизм древнегреческих трагедий. Но в отличие от древнегреческих трагедий нет никакого разрешения, выхода, умозаключения и морали; т.е. спасения нет.

В древнегреческих трагедиях тоже не очень со спасением, но там в качестве главного замаскированного героя выступает Рок (судьба, провидение), а здесь подобного величия не наблюдается и даже не чувствуется, несмотря на упомянутую склонность возвеличивать (условно – т.е. придавать литературный оттенок трагизма) несчастья, когда их много. Ну не получается из главного героя ни Иосиф, ни Иов, и что прискорбно, он даже не вызывает сочувствия, несмотря на все свои проблемы, переживания и страдания; по-крайней мере, основное чувство, которое он стойко вызывал у меня на протяжении всего романа, это отвращение с примесью легкого удивления, порой жалости. С другой стороны, совершенно ясно, что автор и не рассчитывал, что его героя должны полюбить, он просто – а вот что - просто? Хотел дать срез того общества, в котором пришлось жить и взрослеть мальчику, который в других обстоятельствах мог бы быть или быть назван нежным и мечтательным? Ну да, кошмар кошмарный – это общество в депрессии; людям в депрессии или со склонностью к читать крайне не рекомендуется. Впрочем, подрастающему протестному индивиду с естественной юношеской склонностью к нигилизму, идеализму и пофигизму любое общество представляется в меру кошмарным, и это нормально – Тургенев «Отцы и дети». С другой стороны, это можно бы пережить, если бы не повторяющиеся из главы в главу, да, с некоторыми нюансами, сцены драк главного героя. Пожалуй, вот эта повторяемость раздражала меня более всего, - даже сильнее, чем совершенно плоский язык, изрядно сдобренный матом, что от бессилия может быть названо художественным приемом, - автора ли, желающего передать бесхитростную речь подростка, переводчика ли, стремящегося придать тексту максимальное звучание оригинала.

В аннотации роман назван «самой сентиментальной книгой» автора, - об этом я судить не могу, так как других произведений не читала и пока раздумываю, стоит ли, и если да, то что? Единственное, - пожалуй, не стоит начинать знакомство с Чарльзом Буковски с этой книги; во всяком случае в русском переводе Юрия Медведько, чтобы не возникло послевкусие, отталкивающее от чтения других книг этого автора и заставляющее, как меня, думать, уныло глядя на красные бегущие буквы по краям обложки: «Почему же это book revolution?»


Tags: 20 век, Буковски, американская, критика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 36 comments