Инспектор по... (cordedkrieg) wrote in chto_chitat,
Инспектор по...
cordedkrieg
chto_chitat

Categories:

Simmons Dan "Black Hills"

неАватар Пакахонтас

Отечественные издатели такие замечательные: не успел читатель отойти от "Drood" как на подходе "Black Hills". Любят у нас Симмонса, потому и выпускают. А значит не искушенные в англицком люди могут сложить пазл трилогии американского писателя. Хотя, особо умные могут заявить: трилогией назвать последние романы Симмонса можно лишь условно, даже могут совсем обнаглеть, сказав: «Да это трилогия лишь в вашем - неуважаемый - воображении, и, если, "Black Hills" отчасти и напоминают "The Terror”, то попробуйте найдите родимые пятна на их телах и "Drood ". Роман о Диккенсе это же совсем другое.» Нет уж, неуважаемые издатели, на то она и трилогия, что, хоть и в разных условиях, описывает столкновение Белой - уж простите это неполиткорректное, страшное расистское, слово, да еще и с большой буквы, но мы, к счастью, не в США, хоть и пишем о книгах американца - Цивилизации, с иными Цивилизациями и даже с самой матушкой-природой. Причем Белые отнюдь не на стороне матушки.
"Black Hills" - это противостояние двух миров: индейцев - вольных людей природы - живущих, как кажется, в единении с ней. Симмонс, с присущей скрупулезностью, описывает обряды, погружает читателя в мир вигвамов (хотя часть индейских обрядов нам - людям ХХI века - может показаться отвратительной) Симмонс противопоставляет индейцам Белое – механистическое - общество, безжалостное к природе.
Бледнолицый герой выходит из облака пара и дыма, его невысокая коренастая фигура подсвечена сзади рабочими лампами, тонкий лучик света с позаимствованной каски едва пробивался сквозь клубы пыли, дыма и пороха</i>” (стр. 236), герои книги посещают парк, наполненный "мостиками и ступеньками под балками, металлическими арками вокруг громадного колеса и под ним - это все словно из романа Жюля Верна", взлетают на "аппарате, состоящем из более чем десяти тысяч высокоточных деталей, включая самую большую ось в мире" (стр. 248). Что для Белых машины? Подлинная религия их расы (стр. 179). Вазичу - пожиратели жирных кусков - безжалостно уничтожают стада бизонов, словом, насилуют матушку-природу в угоду вкусам, задачам и целям.
Знакомая картина?
Самый кассовый фильм Джеймса Кэмерона.
"Аватар", если абстрагироваться от красивых картинок - мерзопакостный фильм, ибо это история о предателе, перебежчике, падонке, власовце.
Немного перефразируем сюжет кэмероновского фильма, перенесем на земную историю.
Красноармеец получает задание: пробраться в немецкий тыл, войти в доверие, сообщить командованию диспозицию противника. Но герой фильма проникается прикрасами фашистского порядка, видит, как фюрер заботится о солдатах, как сытно живут немцы. Режиссер противопоставляет этому бедность населения СССР, пренебрежение командования солдатскими жизнями (эпизод: в окоп к солдатам спускается политрук и зачитывает лаконичный приказ за подписью Сталина: "Вы должны пойти в атаку и умереть!"). В итоге, наш лазутчик переходит на сторону нацистов и сражается против человеконенавистнического большевизма.
Сложно представить, что такой фильм выйдет на широкой, и даже узкий, экран? Сложно представить, что он соберет восторженное "вау-вау!" от мальчиков и девочек в интернете, похвальные отзывы в прессе и на ТВ? Автора подобной ленты заплюют, затопчут, а вдобавок посадят, и будут абсолютно правы, потому что с предателями везде и всегда поступали одинаково.
"Аватар" по сути ничем не отличается от "гипотетического" фильма о ВОВ. Однако, стоит перенести историю о власовце на другую планету, и можно получать "Оскары" и пару миллиардов на банковский счет.
При этом Кэмерон вполне в потоке американского мэйнстрима. В США есть свои "Эхо Москвы" и Новодворские. Они очень громко ненавидят "this land". Как для наших русофобов, история России - тысячелетняя катастрофа, так и для американофобов история США - беспросветный мрак убийств и угнетений. Как наши русофобы славят чеченских головорезов, так и америнофобы дружат с исламскими террористами за рубежом и афро/латино-американскими расистами внутри страны. (Подробнее смотри Патрик Бьюкенен "The Death of the West").
Хотя в "Аватаре" множество аллюзий на индуистскую мифологию, но конфликт землян и народа Нави крайне напоминает борьбу индейцев с белыми. У Симмонса герой войны с индейцами Джордж Кастер занимается безумным сексом, противопоставляясь возвышенному духовному миру индейцев. Центральный персонаж книги Пахо Сапо готовится взорвать еще строящийся мемориал на горе Рашмор: один из символов Америки - дань уважения президентам, два из которых были рабовладельцами. Ох, как многие хотели бы прикончить эту четверку. Это сродни уничтожению башней ВТЦ. Символ обрушения американского могущества.
Сходства налицо - пазл, пасьянс складывается - стало быть, Симмонс очередной американоненавистник. Но сложно ожидать подобного от человека, у которого - если верить записям в блоге - звезднополосатый на заднем дворе, а вся семья участвует в местном параде на День Независимости. "Black Hills" - что угодно, но не Аватар. Возможно, Симмонс играет с нами. Неискушенный читатель - а Симмонс поп-писатель, ориентированный не на узкую прослойку любителей, а на широкие массы - сначала попадает в знакомый мир "Аватара": противостояние белых (землян) и индейцев (нави), механистическая, потребительская цивилизация против природной, угадываемые симпатии автора к последней.
А после все переворачивается.
Симмонс дает совершенно иной, чем Кэмерон, ответ на цивилизационный конфликт.
Индейцы оказываются не менее жестокими воинами, чем белые: они также убивают, насилуют, грабят, потому что на войне нет благородных; индейцы, при всем преклонении перед природой, наносят прериям значительный урон.
«Вы, сиу, воевали против всего, что передвигается на двух ногах. Убивали и всех, у кого по четыре ноги. Ваша война была столь же неразборчива, как и ваша старая манера загнать несколько сотен бизонов на скалу, чтобы вы могли насладиться вкусом двух-трех печенок» (стр. 482) - обличает Кастер, а Пахо Сапо может лишь ответить: «Так и есть». И это абсолютная правда.
Великий русский писатель Дмитрий Балашов создал роман "Отречение": эпическую историю борьбы Московского и Тверского княжеств. Балашов предлагает решить конфликт способом, вынесенным в заглавие: одна из сторон добровольно отрекается, подчиняется, во имя прекращения бесконечной войны, огромных жертв.
По аналогии с Балашовым, Симмонс мог бы назвать «Black Hills» - «Примирение». Пахо Сапо не желает продолжать бесконечную войну захватчиков и коренных жителей, которые просто более ранние захватчики. Почему? Потому что не хочет уподобляться сородичам, потому что жест отчаяния, конечно, сделает его героем в глазах соплеменников, но ничего не изменит. Пахо Сапо выбирает Примирение. Примиряется он и с живущим внутри духом Кастера, примиряется он и с сыном, ушедшим на Первую Мировую Войну, проводимую ненавистными вазичу. Но и белые должны выбрать путь Примирения – не только с индейцами, но и с уничтожаемой природой, должны полностью восстановить всю биосистему.
В «The Terror» Крозье, после продолжительной борьбы с суровым Заполярьем, олицетворяемым гигантским монстром, терпит поражение и выбирает примирение, как с природой, так и с Безмолвной эскимоской.
Примирение – связующая нить симмоновской трилогии.
И это самый фантастический элемент книг.
Захватчик всегда стремится занять священные места местных жителей. Так албанцы в Косово уничтожают православные храмы и ставят мечети. Входящая в город армия вывешивает на месте старых флагов – новые – свои, на тех же флагштоках, чтобы показать – теперь мы здесь хозяева. Не случайно белые создали свой священный монумент на священных для индейцев Черных Холмах. Симмонс же предлагает им отказаться от борьбы. Отдать святыню вазичу. Согласятся ли на подобное индейцы?
«Black Hills» - роман острополитический, актуальный для США, хотя, возможно, за океаном читатели и не поймут этого, ибо не следят за бесконечной тяжбой индейцев дакота с властями, приведшей в итоге, к объявлению о выходе племен из состава США. Индейцы выбрали старую как мир истину: права не даются, а берутся, вырываются борьбой, в которой обретете свободу.
Симмонс, подобен тому галилеянину, который две тысячи лет назад призвал прощать и любить врагов своих. Он был не первым и не последним, но люди, как показывает время, этой просьбе не вняли. Видимо, такова их природа.
И бесконечной будет эта история: идеалисты, взывающие к примирению, и люди, их не слышащие.

Черные Холмы : роман / Дэн Симмонс ; [пер. с англ. Г. Крылова]. - М. : Эксмо ; СПб. : Домино, 2011. - 544 с.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 113 comments