galina-guzhvina (galina_guzhvina) wrote in chto_chitat,
galina-guzhvina
galina_guzhvina
chto_chitat

Categories:

Мопассан, "Пышка"


Не секрет, что несколько гривуазная репутация французской литературы девятнадцатого века и вплоть до Первой Мировой никоим образом не объясняется легкомыслием ее классиков, которые уж конечно радели о нравственности и общественном благе ничуть не менее своих русских или английских собратьев по цеху и вряд ли превосходили их в иронии и вольности взглядов на вещи. Ярлык легкой и соблазнительной аморальности был повешен на нее по той же причине, по которой зачастую появляются пятна и на человеческих репутациях : она скомпрометировала себя  близким, если не сказать дружеским  обращением со слишком  сомнительными личностями, являясь мировым лидером эпохи по количеству « галантных » дам, куртизанок, а попросту  шлюх  в фокусе авторского взгляда. 

Взгляда, как правило, менее принципиального, чем жалостливого. Более того, литературная традиция как-то сама собой сложилась так, что в каждый из периодов бурной французской истории тех времен именно публичная женщина олицетворяла собой Францию (бальзаковские куртизанки  – в родовых муках Реставрации, Маргарита Готье – на пороге революции 1848 года, Нана  –  от расцвета до агонии Второй Империи) – и не в самых худших ее проявлениях.
Нельзя не признать, что подобный выбор воплощающих время и место персонажей не лишен остроумия и совершенно логичен : во Франции той поры сложно найти другое ремесло или сословие, столь же мало подвластное царившей в обществе строгой кастовой замкнутости – кто, кроме куртизанки, мог похвастаться одинаковой близостью как с аристократами и банкирами, так и с артистами и прочей богемой без гроша в кармане  - и до последнего забулдыги, снявшего ее на часок? Лоно куртизанки принимало и привечало всякого в изначальной простоте, без нанесенного социумом и потому преходящего. Определенным образом заменяя давно пренебрегшую сей ролью церковь. Мопассан первый не побоялся озвучить  эту давно витавшую в воздухе мысль. Он пошел дальше своих предшественников, не постеснявшись сделать дам полусвета единственными носительницами бремени  ума, чести, совести  и остатков христианской этики своей эпохи (не из самых простых для страны, зализывающей раны после кровопролитной и позорно проигранной войны).
Сюжет « Пышки » прост. Война и опасность сводят вместе в располагающей к некоей  интимности тесноте дилижанса людей, пути которых в мирное время лежат в слишком удаленных плоскостях, чтобы когда-либо пересечься, являя тем самым читателю  срез французского общества в миниатюре. Новый ковчег содержит по паре аристократов, крупных буржуа, мелких лавочников (не столько в смысле кошелька, сколько в терминах манер и мировоззрения), монашек – и, по одиночке, революционно настроенного завсегдатая кофеен, считающего себя прогрессивным журналистом, и ту самую даму полусвета, руанскую деву по прозвищу Пышка. В пути происходит заминка, прусский офицер-оккупант, ответственный за выдачу подорожных, дальше не пущает, ибо запал на Пышку, которая, как назло, не дает, потому что патриотка. Попутчики Пышки используют все доступные им аргументы, чтобы уговорить ее уступить, пожертвовать собой за други своя, и добиваются своего, причем решающую роль играют монашки, дав Пышке на эту, так сказать,  жертву не только санкцию, но и благословение церкви. Однако, получив вожделенную подорожную, благовоспитанное общество с брезгливостью и негодованием отворачивается от грешницы, оставляя ее в одиночестве глотать слезы, пока прогрессивный и либеральный журналист насвистывает « Марсельезу ». Торжество одновременно фарисейства и первосвященничества. Пожертвовавший собой Христос, презренный и побитый камнями за свою же жертву – теми, ради которых он ее принял.
Между тем, история, рассказанная Мопассаном, при всей своей евангельской почти духовной наполненности остается предельно плотской, конкретной, осязаемой, пропитанной грубоватым нормандским юмором – и в этом он верен своей реутации. Достаточно упомянуть, как он ухитрился описать внешность своей мученицы-героини, используя исключительно эпитеты и сравнения, связанные с едой, составляя портрет, достойный кисти Арчимбольдо. Или как первый лед между ней и другими был сломан, потому что те проголодались, а она запаслась провизией. Или как цепкий народный здравый смысл хозяйки гостиницы оставил в полной растерянности образованных и искушенных. Или как… но довольно. Перечитайте все еще раз этот маленький шедевр. Просмейтесь и проплачьтесь. Это очистит, как в наше время мало что очищает. Это – настоящее.

 

 

Tags: Мопассан
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments