galina-guzhvina (galina_guzhvina) wrote in chto_chitat,
galina-guzhvina
galina_guzhvina
chto_chitat

Categories:

Юрий Олеша. "Зависть".

                "Я не говорю - я высекаю свои слова на мраморе".

Юрий Олеша писал мало. В сухом остатке из всего его творческого наследия только и осталось, что одна снискавшая действительный успех сказка для детей и не только ("Три толстяка"), роман объемом страниц во сто ("Зависть"), плотоядно любимый внутренними диссидентами и латентными антисоветчиками во времена оны и закончивший свою жизнь в умах читателей примерно так же, как закончил ее Жан-Батист Гренуй - расчлененным до неузнаваемости, разобранным на яркие (и почти всегда не к месту употребляемые) цитатки на память; десятка два с небольшим рассказов и статей да многолетние дневники, вышедшие уже после смерти Олеши под хрестоматийным названием "Ни дня без строчки".

Писал Юрий Карлович мало, как будто берег драгоценный материал, выбранный для высекания на нем своих слов. Человеческий материал, мрамор ума и души читателя. Но смысловая и стилистическая концентрация написанного Олешей настолько велика, что в нормальном литературном растворе сказанного им хватило бы на многие тома. Каждое слово в его фразах - блестит и переливается, поворачивается ранее незамеченными гранями, его метафоры - лучшее, что в принципе создала на этом поприще русская литература, его юмор - тонок и многослоен, как шелуха на луковице.
Его образы - незабываемы: цветок, выросший на бородавке вредной тетки, портвейн, превратившийся в воду после того, как самозванного проповедника выставили из пивной, девушка, прошелестевшая мимо поэта как ветвь, полная цветов и листьев. Его боль, отрава его жизни - вневременны: сгустки зависти погибающей эпохи, невозможность для оставшегося на задворках будущего сияющего праздника даже уйти с треском, так, чтобы "шрам остался на морде истории", обреченный заговор человеческих, а потому нелепых, ненужных, нерациональных чувств против технической правильности любого успеха. Ошибкой было бы думать, что все это осталось в прошлом, в том времени, в котором символом благополучия (с легкой руки того же Юрия Карловича) была колбаса. Самодовольная ограниченность победителей и высокопарность и низкопробность побежденных - вечны. Как зависть. И как "Зависть".
 


Tags: О, классика, отечественная
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments