Ко (sivaja_cobyla) wrote in chto_chitat,
Ко
sivaja_cobyla
chto_chitat

Categories:
  • Mood:

Кот Ослу Жирафу...



...Зайке Голубые Сшил Фуфайки. Это всего лишь детская запоминалка цветов радуги. В англоязычном варианте можно встретить такую: Richard Of York Gave Battle In Vain. Взяв первые буквы каждого слова фразы, мы получим последовательность цветов: Red, Orange, Yellow, Green, Blue, Indigo, Violet. Или по-русски: красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий, фиолетовый. Так вот, оказывается, по-настоящему увлеченный автор даже из такой общеизвестной вещи может сделать целый роман. Как это продемонстрировал Грэм Джойс в новом произведении «Индиго». Только вот одна маленькая деталь: то, что для англичанина звучит загадочно и даже зловеще - «индиго», для русскоязычного читателя представится весьма по-бытовому – «синий». Видимо, и с романом то же самое. То, что на родине автора воспринимается как «блестящий пример мистического реализма и вершина творчества», мне, читателю иного языка, показалось сыроватым, недоработанным и даже вторичным. И все это при моей нежной любви к Джойсу.

Попробую разобраться, откуда что берется, так как подозреваю, что дело не в переводе,

Сюжет в кратком изложении кажется весьма захватывающим. Англичанин Джек едет в Штаты, чтобы исполнить завещание своего эксцентричного отца, с которым после ссоры не виделся почти двадцать лет. Странный, вечно босоногий, любитель архитектуры отписал сыну некоторое вознаграждение за то, что тот издаст рукопись-руководство по обретению невидимости и отыщет неизвестную даму, которой и передается большая часть наследства. И вот Джек начинает путешествие по жизни своего предка в прямом и переносном смысле. Он знакомится со сводной сестрой, свободолюбивой особой, внушающей Джеку отнюдь не братские чувства, которые он реализует в вечном городе Риме с той самой дамой, которую ему и следовало отыскать. Одновременно Джек изучает рукопись отца, постигая ступени превращения в невидимку, основной из которых является способность увидеть мистический цвет «индиго» (читай, синий), который никто почему-то увидеть не может. Это завязка. За ней следует лабиринт всяких семейно-психологических сложностей с мистическим оттенком и в итоге все оказывается совсем не так, как было на самом деле.

Надо отдать должное Джойсу. В своем разнообразии он постоянен. «Индиго» не похож ни на один из его предыдущих романов так же, как они не похожи друг не друга. Но вот всевозможные аллюзии возникают и очень часто. Начнем со стержня или шеста, вокруг которого и идут пляски. Это способность становится невидимым для окружающих. При этом, правда, не очень понятно зачем, ну, видимо, ради процесса. Самая сильная, почти подавляющая аналогия у меня возникла с «Гламуром» Кристофера Приста. Та же идея постоянного, безличного, невидимого присутствия в чужих жизнях с возможностью влиять на них. Только вот у Приста она воплощена куда более захватывающе, с вольной фантазией, четким вычерчиванием каждой сюжетной линии и ударным финалом. В «Индиго» же присутствует досадная смазанность или, скорее, размазанность сюжета, что дает читателю возможность идти впереди автора, и тогда развязки всевозможных линий, преподносимые как откровения, становятся лишь подтверждением догадок. От этого остается разочарование. Хочется сказать: «меня не удивили, хотя долго говорили, что мне обеспечен сюрприз». Это что касается костяка сюжета.

Обратимся теперь к психологизму, за который собственно и уважаем мною Джойс. Наиболее одиозной фигурой в романе является отец главного героя, Тим Чемберс. Набор его личных качеств, о котором мы узнаем постепенно, от разных лиц, в разных трактовках, что интересно, очень впечатляющ. Тонкий знаток искусства, архитектуры, человек свободных мыслей, способный учить других быть столь же раскованными в суждениях и одновременно – хитрый, жестокий манипулятор, получающий удовольствие от странных игр с живыми людьми, устраняющийся в последний, самый ответственный момент. Фигура весьма примечательная, вобравшая в себя много от литературных предшественников. Правда, тут я, увы, не могла отделаться от мозаичности образа, сочетающего в себе что-то от героев Фаулза («Маг», «Башня из черного дерева») с монументальностью одиозных персонажей вроде Саурона и двойственностью натуры Дарта Вейдера. Да, герой, несомненно, хорош хотя бы тем, что в отличие от других, показан думающим и развивающимся. Другие же персонажи, как бы ни была велика их положительность, все же следуют за ним, даже за умершим, как верные собачонки. Пожалуй, именно из-за этой линии взаимоотношений разных героев с идеями мистера Тима Чемберса и стоит прочесть «Индиго».

Ну, и наконец, поговорим о мистической составляющей «Индиго», то есть о самом индиго, как о цвете, а также месте, куда можно попасть, став невидимым, и откуда мир смотрится иным, «словно промытым». Герои по очереди стремятся туда, а некоторые и пребывают в индиго, только вот каждый в своем. Для кого-то это качественный оргазм после отличного секса, для кого-то тихая клиника для душевнобольных, для кого-то просто другая страна и возможность убежать от проблем с работой, да и вообще от неслучившейся жизни. Думаю, что именно это и есть основная идея Джойса: показать, что у каждого есть свой индиго, где жить интересно и значимо, да и к тому же, там ты невидим для всевозможных неприятностей обычной жизни. Спрячься, как ребенок, закрыв глаза, и все проблемы исчезнут. Но всегда помни, что любой загадочный индиго, есть обычный синий цвет.

Каков вердикт? Я не жалею, что прочла «Индиго», просто для полноты картины творчества Грэма Джойса.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments