Ада. (vanadavin) wrote in chto_chitat,
Ада.
vanadavin
chto_chitat

Categories:

Г.Гессе «Игра в бисер» как предлог к разговору о современной культуре.

 
Герман Гессе (1877 – 1962) - немецко-швейцарский писатель, лауреат Нобелевской премии.
Напомню фабулу «Игры в бисер». Действие книги происходит в вымышленном месте обитания духовной элиты - утопической провинции Касталия, которая создана ради сохранения в неприкосновенности накопленных человечеством духовных богатств. Главным занятием касталийцев и высшим воплощением тенденции сближения науки, искусства и религии стала Игра в бисер как некий всемирный язык людей духа. Хотя книга и относит нас в далекое будущее, создается стойкое ощущение, что описываемые времена - это чуть ли не средневековье. Связано оно с тем, что Гессе считал, что присущая XV – XVIII векам духовность утеряна в наш «фельетонный век», как он его называет.
Касталии и ее представителю Магистру игры в бисер Иозефу Кнехту противопоставляется «другой мир, где царили не дисциплина и духовность, а инстинкты» (с), мир «обычных» людей, в котором жил оппонент Кнехта Дезиньори.
Может ли существовать один мир без другого и как их гармонично соединить – это, безусловно, основная идея романа. Гессе предлагает вариант «хождения в народ»: духовная элита должна не замыкаться в своем мирке, а нести свои знания и нравственность в массы. Вот только верит ли сам автор в такую возможность?
В романе также поднимаются и другие проблемы. Одна из них - противопоставление личных и общественных интересов. Что ценнее: подчиниться общественным нормам или остаться верным себе (вспомним «Постороннего» Камю).
«Для них, и особенно для авторов тех эпох, … самым существенным в той или иной личности были, пожалуй, отклонение от нормы, враждебность ей, уникальность, часто даже патология, а сегодня мы говорим о выдающихся личностях вообще только тогда, когда перед нами люди, которым, независимо от всяких оригинальностей и странностей, удалось как можно полнее подчиниться общему порядку, как можно совершеннее служить сверхличным задачам»(с)
Задумывается автор и о содержании и изложении истории.
Для людей духа «XVII век – это эпоха Декарта, Паскаля, Фробергера, Шюца, а не Кромвеля или Людовика XIV» (с).
Гессе обращает внимание читателя и на недопустимость искажения истории:
«…бесконечно упрощалась и перекраивалась мировая история, которую каждая из ведущих в тот или иной момент наций приспосабливала исключительно к своим интересам…» (с)
Также дают пищу для размышлений приводимые в конце книги приложения в виде сочинений Кнехта. Гессе, много изучавший буддизм, считал дух вечным и всеобъемлющим: «вместе с человеком уже повсюду и дух, у которого нет начала и который всегда содержал в себе уже решительно все, что он когда либо позднее родит» («Кудесник»). Однако автор не принимает пассивности буддизма и его призыва к отказу от деятельности и мира: «Самопогружение и мудрость были хорошие, были благородные вещи, но процветали они, кажется, лишь в стороне, лишь на обочине жизни…»(с) Достойно ли жить отшельником, заботясь только о своей душе, отказавшись от любви и детей («Индийское жизнеописание»)? Может быть, такой путь и приведет к Истине отдельную личность, но человечество в целом….
В Касталии «вообще отказались от создания произведений искусства…» (с) и манипулируют уже созданными в прошлом произведениями искусства. Касталийцы не занимаются творчеством, ибо считают, что уже все прекрасное создано и не к чему поэтому плодить псевдоискусство, теша собственное эго.
А наше время продолжает изрыгать духовный мусор в виде таких явлений, как, например, кич, концептуализм (о них я писала здесь ). Ведь, начиная с модернизма, основной задачей творчества является не отражение реального мира, а отражение собственного «Я» художника (и иногда это «Я» надо подальше прятать). Современный нам мир полон компиляций, цитирований, аллюзий, комментариев к комментариям, подражаний, коммерческого использования культурного наследия. Ученые в своих диссертациях ориентируются все больше не на собственные исследования, а на сведение воедино чужих текстов; фотографы «разыгрывают» на своих фотографиях полотна художников; писатели переносят сюжеты прошлых произведений в современную жизнь; кинорежиссеры создают фильмы «по мотивам произведений» и т.д.
Наряду с этими внутренними процессами в ходе глобализации углубляется синтез искусств и культур, рождается мировой (универсальный, формальный) язык, создается единое мировое культурное пространство (на данной стадии это постмодернизм). Компьютеры и Интернет создают свое, виртуальное пространство, в котором можно сочинять музыку без музыкальных инструментов, рисовать – без карандаша и т.д. Взаимопроникновение этих пространств сводит на нет индивидуальное творчество и интеллектуальную собственность, делая все более востребованным умного и бережного хранителя и герменевтика духовных ценностей человечества.
Это ли не зачатки игры в бисер? Не так ли видится Гессе модель всемирной культуры XXI века?
Считаю, что, как бы трудно и долго ни читалась эта книга (это, действительно, не легкое чтение), не надо жалеть потраченных усилий и времени.
Tags: Гессе
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 57 comments