придумываю (witchvail) wrote in chto_chitat,
придумываю
witchvail
chto_chitat

Category:

Петр Вайль "Стихи про меня"

Удивительный разговор. Удивительный опыт. Удивительный человек.
Эта книга - выражение себя через других, пропускание других, сквозь себя. Рассказ о сотне чужих биографий, которые вплелись, сроднились со своей – так, что уже и не отличишь, события чьей жизни вписаны в стихи. Блок, Анненский, Бунин, Цветаева, Гумилев, Северянин, Бродский, Пастернак, Маяковский, Иванов, Хлебников, Волошин - десятки стихов, сотни цитат, описывающих не только события жизни автора, но - частично нашу действительность, частично ту действительность, которую мы не застали, но в результате которой живем сейчас.
Очень правильная обложка для книги: на две разворота растянувшийся профильный портрет автора. Губы – ухо; слышу и говорю…
Такое ощущение, что вся книга – это долгий кухонный разговор. И чай уже остыл, и пузатая бутылка коньяка опустела, а ты все сидишь и, раскрыв рот, слушаешь, не смея перебить. Умнейший человек нашего времени, интереснейший собеседник, редчайший рассказчик.
Наслаждение собеседником - вот что такое эта книга. И от его слов – будь то чужых процитированных, или своих – в душе всколыхивается нечто, редкое, почти неощутимое, но сильное и волнующее чувство. И долго потом оно живет внутри, преломляя весь окружающий мир через свет своих витражей.



Цитаты:
1. Поэзия – это то, что не переводится. Есть такое определение. Можно и расширить: стихи – то, что до конца не понять. Можно только догадаться и попасть в резонанс.

2. Так бесплодны, хоть и благородны, попытки исполнения музыки на старинных инструментах. Как будто если мы заменим фортепиано клавесином, а виолончель – вилолой да гамба, Бах станет понятнее. Но Бах сочинял, не зная, ни Бетховена, ни Шостаковича, а мы их слышали. Наше понятие о гармонии иное, и сам слух иной. … Бах тот же, мы – другие.

3. Да они по всей поэзии, эти свечи: кто без них обходился, вплоть до самой знаменитой в XX веке свечи, пастернаковской. … Но ту, ту сечу мы уже не понимаем, как они. Мы втыкаем нечто в именинный торт, можем зажечь, когда перегорят пробки, или по рекомендации глянцевых журналов за интимным ужином – но для них это была живая метафора жизни.
…Повседневная, бытовая, близкая, наглядная метафора. И потому, что горит-догорает, и что оплывает-обрастает, как суть подробностями, а главное, что свет свечи – зыбкий и уязвимый, и так же зыбок и уязвим возникающий в получившемся свете мир. Это правда – правда вообще, но нам такой мир надо вообразить, а они с ним были каждый вечер. (Кстати, еще и потому, может, от нашего всепроникающего электричества, мы попроще, попрямолинейнее, потому, может, не ловим оттенков и поражаемся тонкости их проникановения и чуткости их взгляда.) Как читалось при свече, как писалось – еще можно специально попробовать, поставить опыт, можно и посмотреть на любимую женщину в свете свечи. Но уже не узнать, как ежедневно переходили сумерки в ночь через свечу, какой был запах в бальном зале, освещенном сотнями канделябров, как двигались тени, как они росли мимолетно и мимолетно исчезали.

4. … стихи, к тому же на слух, толком не понятны, слышна лишь просодия. Невнятица во всех случаях: либо монотонная и вялая, либо – как в цветаевском случае – ритмичная и звучная. Интонация важнее содержания.

5. …музыка слова как явление акустическое еще диковиннее звучит в не защищенной ритмом и рифмой прозе. И ведь действительно проза гораздо более неустойчива и эфемерна, чем поэзия. Как бы ни казалось обратное. Скрепляющий цемент прозы гораздо более хрупок, он разваливается от слишком уж частых прикосновений.

6. Тогда же когда Пастерна писал «Марбург», Хлебников объяснял, что «город – точка узла лучей общей силы», и словно давал теоретическую основу пастернаковскому стихотворению: «Слитные улицы также трудно смотрятся, как трудно читаются слова без промеждутков и выговариваются слова без ударений. Нужна разорванная улица с ударением в высоте зданий, этим колебанием в дыхании камня». (Возвращение в город. Пастернак)

7. Писатель и человек – люди разные.

8. Человек властен над временем: но только своей смертью, фактом смерти.

9. Лидия Гинсбург вспоминает, как в 30-е «Заболоцкий сказал, что поэзия для него имеет общее с живописью и архитектурой и ничего общего не имеет с прозой. Это разные искусства, скрещивание которых приносит отвратительные плоды».

10. …весь кошмар нашей жизни заключается не в том, что боятся трусы, а в том, что боятся храбрые (Н.Роскина)

11. Если ты поэт, то твоя жизнь, вся твоя жизнь – поэзия. … Литературное простодушие всегда маска. Как и литературная желчь, и литературная ярость, и литературное безразличие. Но не знает история словесности примеров, когда бы под маской злобы скрывался добряк, или наоборот.

12. Венеции удалось свечти с один вселенский и всевременной клуб Петрарку, Дюрера, Байрона, Гете, Тургенева, Вагнера, Тернера, Генри Джеймса, Ренуара, Пруста, Дягилева, Томаса Манна, Хемингуэя, Висконти, Сартра, Вуди Аллена, Бродского etc. – ничем иным, кажется вместе несводимых, кроме способности и возможности высказать восхищение самым городским из всех городов на земле, - именно потому, что на воде.

13. Вот что мне давно уже представляется главным в поэзии – интонация. Если ты ей веришь, значит, она обращена к тебе – только то и нужно. Иногда даже кажется, что сам это все написал.

14. Бешеное раздражение людей культуры вызывало не только само новое искусств, но и его замах на научно-теоретическое обоснование.

15. В этой стране слов слово шло на слово. Образ на образ – буквально: черный квадрат на икону. Мантра на мантру: «Дыр бул щыл» на «Отче наш»,

16. Художник и диктатор близки друг другу полной безусловной властью над своим творением. Поэт заменяет строку, композитор выбрасывает такт, живописец замазывает фигуру, прозаик переставляет абзацы – тиран делает все то же, только с людьми.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments