Наталья Попова (bamssi) wrote in chto_chitat,
Наталья Попова
bamssi
chto_chitat

Связующая нить

Дед сделал своей внучке на этот Новый год шикарный подарок. При содействии АВТОВАЗа, Совета ветеранов Тольятти и Тольяттинского государственного университета была издана книга «Связующая нить. 1945-2005», в третий том этого издания вошел рассказ моего деда о войне. Идея книги простая: диалоги молодых журналистов с ветеранами. Мнение студентов наслаивается на рассказы стариков столь значительно, что фирменный стиль дедовских побаек я едва узнала. Но спасибо и ему, и ребятам этим все равно неземное! Казалось бы знаю о родном деде все… а никогда не знала, что он был контужен.

Фрагменты оттуда: 

1944 год. Попал я в воинскую часть рядовым солдатом. Деревенский парень -горячая голова. Однажды в компании подрался с пьяным офицером. Тот ударил меня, я ему дал сдачи. Офицера определили в санчасть, а меня отправили в штрафную роту. Туда бросают тех, кто в чем-то провинился. И посылают их вперед — обнаружить и атаковать немцев. 

Двадцать пятого сентября, после двух суток движения с перестрелками, мы вошли в небольшой районный городок — и тут начался настоящий бой. Сначала городок и нас бомбили наши самолеты (они же не знали, что мы там), потом -немецкие. А потом немцы начали атаку. Во второй половине дня меня ранило: автоматная пуля вошла в правый бок, а вытащили ее потом из левого. К вечеру того дня в нашей роте, как потом сказали офицеры подошедших регулярных частей, в живых осталось 12 человек из 120.

В начале декабря утром нас выстроили в шеренгу и объявили, что все мы должны подчиняться лейтенанту. Наша задача — прочесывание леса, поиск немецких диверсантов-радистов. Приказ звучал так: проверять всех, кто вызывает подозрение, в случае обнаружения стрелять по ногам, так как немцы нужны живыми. Через лес шли две дивизии навстречу друг другу. После встречи нашу группу (человек 30) задержал лейтенант. В тех местах стоял огромный деревянный сарай. Лейтенант вызвал группу солдат и посоветовал им выменять молока у хозяев хутора. Четверо ребят направились к дому. Вдруг к дверям сарая подбегает растрепанная девка и говорит, что у них ничего нет. Солдаты вернулись с хутора ни с чем. Тогда лейтенант взял с собой пять человек, в том числе и меня, и сам отправился посмотреть, что в сарае. Подошел хозяин, открыл сарай. Справа доверху о, слева — огромный кабан. По команде автоматчик дал очередь по сену. Вдруг дается стрельба из-под кабана. Хозяин — бежать! Я стоял в воротах и успел дать ему подножку. Сбил и навалился на него, затем его скрутили подоспевшие ребята. Несмотря на команду «не стрелять!» — двое солдат открыли огонь из автоматов. Кабан насмерть, а из-под него послышался крик. Вскрыли пол, а там немцы — один убитый, другой раненый. И радиостанция. Через некоторое время подъехали автомашины с пограничниками и забрали немцев. На попутной машине лейтенант отправил нескольких солдат с кабаном в часть. Остальные до хутора шли пешком, а там пир горой и по 100 граммов — каждому.

Вечером 16 декабря нас вывели на «передок» — часть земли между немцами и нашими передовыми частями — и приказали окопаться, маленькими лопатками рыть ячейки. Выдали нам новые полушубки, валенки, шапки. Тут начался сильный дождь — авиация подняться не может, наступление отменили. И двое суток мы пролежали в холодных, сырых ямах. Никогда не забуду, насколько страшно лежать в мерзлой ячейке и ждать, когда тебя убьют!

Стали разбираться, кто жив, кто нет. Кто-то видел, как выстрелом снайпера в голову был убит младший лейтенант. Я перетянул проволочкой свою коленку, и опять команда «вперед!» Вечером того же дня в ногу ранило еще одного солдата, она висела у него на одних жилах. Перетянули ногу ремнем, и командир роты приказал доставить его в санроту. Несли его ребята по очереди, а доставив, сразу же передали в операционную. Я, как мог, ковылял рядом. Доктор вытащил оско¬лок и сказал ложиться возле печки, пока не рассветет. Я не хотел оставаться: «Не уговаривайте, все равно пойду в роту!» Врач обозвал дураком, написал мне записку и сунул в левый карман шинели.


Ценность таких книг выше чем художественная, ибо она память. Сложно сказать, насколько точно выдержаны голоса стариков, но это лучше, чем тишина, которой нас окружают. Очень интересно, есть ли такие в других областях? 
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments