Vanishing Point (sofadultra) wrote in chto_chitat,
Vanishing Point
sofadultra
chto_chitat

Category:

Томас Манн Лотта в Веймаре

 В книге описывается период зрелости Гете, когда его статус был абсолютно незыблем и , еще живущий, он рассматривался во всей Германии (да и во всем образованном сословии Европы) как полубог.
 Книга начинается с приезда в Веймар одной старой дамы, знакомой писателя, выведенной (возможно) им в своей знаменитом произведении. Ее беседы с лицами из окружения писателя бросают любопытный свет на восприятие этой непоколебимой вершины теми, кто должэен жить в ее тени.


Неожиданно (или же не столь неожиданно) выясняется, что за всеобщим почитанием порой скрываются недовольство и непонимание. Один из ее визитероы, бывший секретарь Гете, одержим сильными и крайне смешанными чувствами к своему знаменитому работодателю, причем и зависть, и ненависть, и недоумение в этой комбинации несомненно присутствуют. Постоянно, как мантру, повторяя утверждение о гении Гёте, он столь же неизменно пытается провести анализ величия писателя, разложить его на составные части и, в конечном итоге дискредитировать его дар. Секретарь вываливает на Гёте множество придирок, поминутно приходя к отрицательным выводам в отношении тех или иных черт творчества Гёте, потом как бы отступая, оговариваясь “и все же он велик, и я ничто по сравнению с ним”, потом снова находя повод заочно кольнуть его. Секретарь исследует своего бывшего работодателя настолько тщательно, насколько человек интеллигентный, образованный и проницательный, но признаков гениальности не выказывающий способен разобрать по косточкам своего действительно гениального современника, чтобы понять “почему я не он” , в надежде открыть, что гений-таки не гений, но все заблуждаются, ослепленные некогда сформировавшимся мнением

И самого Гете, чей насыщенный внутренний монолог удачно передан Манном терзают свои (и не всегда достойные полубога) вопросы. В частности, помимо всего прочего, как титан (и человек Возрождения) он хочет добиться признания в области естественных наук (физики и физиологии) и очень недоволен, что ученые относятся к его усилиям скептически. Критика некоторых его литературных работ его раздражает бесконечно, немцы его бесят. Да и Шиллера он , откровенно говоря, тоже не любил, так, терпел, поскольку тот был “лучше остальных”.

Достаточно характерен процесс разбухания личности Гете: писатель просто пишет книги, но у Гете вследствие его статуса работы столько, что ему приходится нанимать целый штат для помощи в творчестве – своего рода Гёте-институт, в связи с чем становится непонятно, где тут Гёте, а где “коллективный Гете”. Гофману из-за бедности и инвалидности жилось проще.

Центральной темой этой книги, тем не менее, стал вопрос о соотношении прототипа и персонажа. Пожилая женщина, Шарлотта, приехавшая к Гёте – это прообраз героини его нашумевшего романа “Страдания молодого Вертера”, из-за которой главный герой того романа (отчасти, возможно, списанный Гёте с себя), совершил суицид. Манн всесторонне рассматривает соотношение между живым человеком и персонажем на его основе, сама Шарлотта и ее собеседники пытаются понять, где кончается вымысел и где начинается реальность и насколько все-таки она, живущий человек, несколько десятилетий назад стала основой для вымышленной личности, можно ли тут говорить о тождественности. Своеобразны ощущения уже немолодой женщины: большую часть жизни, в том числе во время супружества, она прожила, испытывая (непрошенное) внимание со стороны общества, связанное с ее отношением к той девушке из раннего шедевра Гёте. С одной стороны, были аспекты, которые ей были скорее приятны, с другой фактически всю жизнь ее принимали не за нее саму, но за ту, чей образ был вдохновлен ею, даже если так до конца и не понятно, только ли ею он был вдохновлен? Она сама в недоумении, упрекать ли ей Гёте за то, что он без спросу и не считаясь с ее желаниями, повлиял на ее жизнь или же поблагодарить его за то, что он ее обессмертил, поскольку ее, в отличие от миллионов и десятков миллионов других людей БУДУТ ПОМНИТЬ, хоть ее собственная заслуга заключалась лишь в том, что она была и жила, просто ее без ее ведома увековечили.

Основное напряжение книги – зазор между идеальным и реальным. Между образом Гёте как гиганта и полубога и его бытием как смертного и небезупречного человека. Между живой женщиной, когда-то отвергшей Гёте и никогда не существовавшей, списанной с нее героини, покорившей Европу. И между реальной и несомненной жизнью, которая ощутимо существует, он которая неизбежно конечна и сомнительным идеальным существованием, которое дает все и в то же время не дает ничего, но все-таки дает все, и которое вечно.

И еще противоречие между невозможностью безусловно приравнять Шарлотту к героине романа и невозможностью отрицать их безусловную общность. Невозможностью отказаться от сопоставления и недопустимостью отождествления. И неспособностью провести грань, которая обязательно должна быть проведена, но непонятно в каком пространстве должна располагаться эта черта.

 

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments