варанка (varranka) wrote in chto_chitat,
варанка
varranka
chto_chitat

Притчетерапия, или книга смыслей о маркетинге

"Притчетерапия, или книга смыслей о маркетинге"
Стас Жицкий, Сергей Кужавский
Москва, 2007
Livebook

Книга совладельцев многопрофильной и компании OPEN!Design&Concepts представляет собой не то пособие, не то руководство к, непосредственно, действию для всех, кто хочет освоить не слишком ещё у нас проторенные тропы маркетинга, брендинга, дизайна, рекламы. Авторы не обходят стороной и обыкновенные человеческие взаимоотношения, ведь в любой хорошей притче неисчерпаемое количество смыслов.
Что с успехом доказывают господа Стас Жицкий и Сергей Кужавский. Книга - сборник забавных и интересных притч, в конце каждой из которых курсивом выделена "смысль". Как правильно организовать продвижение товара на рынок? Чем заинтересовать потенциального потребителя? Какая реклама будет наиболее эффективной? На эти и многие, воистину многие другие вопросы найдутся ответы в книге, да не простые, а, опять же, в виде притч, то есть читателю придётся не только смеяться над остроумием авторов, но и вдумываться-вчитываться и искать смысли.
Людя находчивым, любознательным и креативным будет, несомненно, интересно.

Притча восьмая
об удорожании внешнего вида
ХУЖЕ НЕКУДА,
КОГДА
ЛУЧШЕ НЕ БЫВАЕТ


Один г-н был петухом. В орнитологическом, конечно, смысле, то есть относился к отряду куриных, подотряду собственно куриных, семейству… Впрочем, не важно, к какому семейству он относился, потому что речь пойдет не о классификации пернатых героев притчи, а об их семейных проблемах. Так что семейство куриных нас в данном случае волнует больше как куриное семейство, то есть как ячейка куриного общества. А как всем известно, куриное общество полигамно, а точнее полигимно. А посему производителей (то есть производительниц, то есть Куриц) на одного потребителя (то есть Петуха) приходилось не по одной отнюдь. Так что борьба за потребителя велась нешуточная: самые соблазнительные Курицы ежеутренне выстраивались в курятнике стройными продуктовыми линейками в ожидании своего единственного и неповторимого потребителя. В надежде быть употребленными.
Поскольку потребителя на всех не хватало, то многие Курицы оставались неупотребленными. То есть невостребованными.
А одна молодая курица-дебютантка (давайте все-таки назовем ее г-жой Курицей, чтобы стиль соблюдать) очень хотела стать востребованной. Но была она не более заметна, чем ее подруги-конкурентки. Собственно, они ничем друг от друга и не отличались — одинаково серо-беленькие такие, скромные демократичные несушки. А пробиться в первый ряд претенденток на благосклонность потребителя — это сами понимаете, сколько сил и времени надо потратить.

Г-н Петух же не обладал безграничными потребительскими возможностями — большими, да, обладал, но не безграничными. Как с десяток г-жей употребит, так больше уже употреблять не может.
Так что ежедневная квота на удовлетворение спроса исчерпывалась уже до дохождения очереди до нашей молодой г-жи. Да и очереди как таковой не было — кто первой из претенденток г-ну Петуху на глаза попадется, того и употребляет, потом употребляет вторую, третью и т.д. до полного потребительского изнеможения.

Призадумалась молодая г-жа Курица: как же ей выделиться на общем серо-белом фоне, чтобы г-н Петух обратил на нее свое потребительское внимание? Фигура у нее обычная, параметры стандартные, а ее глубокий внутренний мир и мятущаяся душа за невозможностью их наглядно продемонстрировать и вовсе не учитывались.

Оставалось давнее женское средство привлечения потенциального потребителя: броские наряды и сексуальный макияж. Г-жа Курица принялась слезно апеллировать к ближайшим родственникам из семейства куриных.

Первыми на апелляцию откликнулись родственники попроще и поближе — Бурокрылая Чачалака и Рыжебрюхая Пенелопа. Все ж таки бедные родственники — не зазнайки, всегда в беде готовы помочь. Да только чем они помогут? Одна прислала бурое перышко, вторая — рыжее, всё, что смогли от себя оторвать в буквальном смысле. Делать нечего, хоть худо-бедно, хоть рыже-буро, но слегка принарядилась наша г-жа. Да только не помогает — в упор не видит ее г-н Петух: наряд не сильно взрачен, из продуктового ряда не выделяет г-жу, только конкурентки косятся неодобрительно — они-то как женщины сразу изменения имиджа заметили. Но что это за имидж — два лишних пера в хвосте?

«Надо бы рангом повыше родственников попросить — у них статус покозырней и перья попонтовей», — подумала наша г-жа и по инстанции обратилась к Венценосной Куропатке и Расписному Перепелу. Те хоть и были персонами практически very important, но запрос рассмотрели и в рамках семейного спонсорства выделили из фондов пару пучков цветных перышек.

Так что долго ли, коротко ли, но вышла в свет наша г-жа в позаимствованном наряде — ну просто вся из себя такая фифа! Некоторые конкурентки даже толкаться и кудахтать от удивления перестали. Даже г-н Петух в процессе осуществления потребительского выбора выделил г-жу из общего ряда: задержался перед ней, смерил ее удивленным взглядом, но не сказал ничего… и не выбрал ее, о ужас! Ушел с другими. А невостребованные конкурентки остались злорадствовать: зря, мол, старалась, пижонка!

— Что делать? Кто виноват? Кем быть? Что такое хорошо? — от таких лихорадочных вопросов о сути бытия куриные мозги нашей г-жи чуть не помрачились. — Неужели я и в таком шикарном антураже недостаточно привлекательна для моего г-на? Я — самая нарядная в ряду, самая элегантная, самая… Или не самая? Что же может быть круче расписной венценосности? Дороже только Фазан или сам Павлин выглядят, выше них — никого и нет в нашем семействе куриных.

А делать-то нечего: уж больно велика охота пользоваться петушиным спросом. Так что через знакомых Цесарок договорилась наша г-жа — организовали ей аудиенцию на наивысшем уровне. Какие аргументы привела г-жа Курица — нам неведомо, но несколько фазаньих и (главное!) одно бесценное павлинье перо она таки получила.
И вот настал день потенциального триумфа: появилась на насесте наша г-жа, вся в пух и перья разряженная. С одной стороны она — бурая, с другого бока — оранжевая, местами — как Куропатка, фрагментами — словно Перепел, крыльями — чистый Фазан, и главное — из хвоста аж метровое павлинье перо торчит! Апогей роскоши и триумф престижа в одном лице! Не было еще шикарней Курицы в курятнике! Многие конкурентки от зависти попадали с насеста, а некоторые в панике перестали нестись. Так что уселась она в первом ряду, растолкав роскошными перьями прочих демократичных, а те жмутся по углам: типа, куда уж нам, таким непрестижным? Сидит, потребителя ждет, распушилась, нахохлилась, гордо смотрит сверху вниз.

Чу! Идет потребитель! Пришел! Увидел! Победит? Как бы не так. При виде нашей г-жи г-н Петух чуть в глубокоэстетический обморок не свалился.

А как не потерять свое потребительское сознание от такой красоты? Ну, сознание усилием воли он себе вернул, а на г-жу Курицу от восторга даже и глядеть не в силах. А та уж и так повернется, и этак, то одним пером махнет, то другим поведет, то третье расправит… Извертелась вся, себя предлагая.

И что бы вы думали (а вы ведь что-то думали наверняка)? Походил г-н Петух вокруг г-жи Курицы, походил, походил…

И вдруг как бросится от нее прочь к другим и ну их употреблять, а на г-жу уже и не смотрит. Квоту исчерпал и ушел (а может, улетел).
Г-жа Курица с горя себе перья свои нарядные повыщипала, даже несколько собственных не пощадила, но вовремя одумалась: жизнь-то не кончилась, а как г-н Петух на голую Курицу посмотрит, это еще неизвестно.

Долго ли, коротко, но постепенно все у г-жи наладилось: иногда и на нее был спрос, а что она такого придумала, чтобы спрос активизировать, — о том совсем другая притча. Но про перья г-жа старалась больше и не вспоминать.

А один раз, в момент потребительской близости, г-н Петух ей признался, что положил на нее глаз уже тогда, когда г-жа перепело-куропаткой нарядилась, но подойти не осмелился, опасаясь, что слишком она для его скромных потребностей слегка шикарна и оказалась тут по недоразумению. А уж когда в ход пошли фазано-павлиньи завлекалочки, то и вовсе решил, что подвох какой-то тут имеется: что такой элите среди куриц делать? Не того поля ягода, не того насеста птица. Либо это сумасшедшая фазаниха, либо это павлиниха бракованная какая-нибудь. В любом случае, нанесла г-жа много яиц, жили они с г-ном долго и счастливо и умерли в один день от птичьего гриппа. А курятник все равно потом заменили инкубатором.

Смысль:
А смысль сей притчи в том, что не рядись в дорогое, если хочешь, чтобы тебя недорого купили. Даже всяк сверчок знает свой шесток, а уж курице и подавно надо ориентироваться в адекватном представлении себя потребителю.
А то ведь не употребит.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments