rizonomad (rizonomad) wrote in chto_chitat,
rizonomad
rizonomad
chto_chitat

Categories:

бернгард келлерман. туннель

роман келлермана целиком и полностью принадлежит своей эпохе – началу ХХ века – с неотделимыми атрибутами в виде индустриализации, железа, машин, варварской пышности поэтики машин и восхищенного замершего взгляда при виде свершения. постройка туннеля между америкой и европой – фантазия соединения миров и мечта космополитизации, прорыва в пространстве еще до того, как стало возможным попрание космических расстояний. утопическое построение желания вырваться из обыденности, помноженное на веру в собственны силы и приправленное устрашающими видениями бунта, взятыми из «жерминаля» золя.

некто инженер мак аллан выступает с безумной идеей постройки туннеля между двумя континентами, собираясь совершить это беспримерное деяние в период, меньший, чем двадцать лет. расчеты, изобретение особо прочной стали, способной бурить камень под морским дном – все прилагается, так же, как и демонстрация инфраструктуры, которой обрастает строительство: сначала бараки, а после жилье, организации, социальная инфраструктура, – все компоненты мифа о сотворении города. как урбанизация становится новым амбивалентным мифом в начале ХХ века, так рождение города прослеживается во всех его деталях, начертанное размашистыми пышными мазками, свойственными эпическим картинам. делёз был бы в восторге (а, может, и был, не знаю) от пейзажей, реальных и воображаемых, пронизанных потоками автомобилей, трас, железнодорожных путей, денег, богатства, боли, пота, крови, железа, – льющегося, кующегося, ломающегося, укладываемого – бетона, электричества, алчности, зависти и борьбы.

великий молох – завод из «метрополиса» фрица ланга здесь предстает хтоническим чудовищем, пожирающим силы, металл, поезда и изрыгающим мертвых, искалеченных, изуродованных и растоптанных. как «моби дик» – это борьба со стихией и покорение мечты и природы, так «туннель» – преодоление тленности и распада во славу будущего, сияющего огнями и скоростями, будущего – зверя прекрасного, расцвеченного сиянием, зубами, клыками и шипами, – и это в 10-е годы, почти одновременно с появлением такой милой книжицы как «пчелка майя»!

«На протяжении трех миль штольня была почти совсем разрушена, завалена столбами и камнями. Повсюду ползли окровавленные, раненые люди и с криками, плачем, стонами продвигались со всей доступной им быстротой вперед. Они карабкались через сброшенные с рельсов поезда, груженные камнем и материалами, взбирались на груды щебня и спускались с них, протискивались между балками. Чем дальше, тем больше встречали они других потерпевших, спешивших, как и они, вперед. Здесь было совершенно темно, и только изредка сюда достигал бледный отсвет огня. Едкий дым все приближался, и, едва ощутив его, они удваивали свои усилия, спеша дальше.
Они шагали через тела медленно ползущих раненых, они кулаками сбивали друг друга с ног, чтобы выиграть хоть один шаг, а какой то негр размахивал ножом и в слепом исступлении вонзал его в каждого, кто мешал ему пройти.
Перед узким проходом между опрокинутыми вагонами и кучей деревянных крепей шла настоящая битва. Раздавались револьверные выстрелы, и крики настигнутых пулей мешались с яростным ревом людей, душивших друг друга. Но один за другим сражавшиеся исчезали в узкой щели, а раненые со стоном ползли им вслед. Потом путь стал свободнее. Здесь стояло меньше поездов, и взрыв не вырвал всех столбов. Но здесь было совсем темно. Кряхтя, скрипя зубами, обливаясь потом и кровью, скользили по скатам и карабкались вперед спасавшиеся. Они натыкались на балки и вскрикивали, они падали с вагонов и шарили руками во тьме. Вперед! Вперед! Ярость инстинкта самосохранения постепенно ослабевала, и вновь пробуждалось чувство товарищества»

от идеи к блестящему началу, от накала страстей и денежно-производственной лихорадки – кризису, от кризиса – к катастрофе, от нее – к безумной страсти свершения, от движения – к мечте, достигающей самой себя – туннель таки прорыт:

«В отелях тысячи людей обедали в десять часов и волнуясь говорили о первом поезде. Играли оркестры. Возбуждение все росло и росло. Люди восторгались и даже ударялись в поэзию. Туннель называли «величайшим делом рук человеческих». «Мак Аллан создал эпос железа и электричества». Вспоминая о всех ударах судьбы, постигших Мака Аллана за двадцать пять лет строительства, его называли даже «Одиссеем современной техники»

но в европу поезд прибывает с опозданием на двенадцать минут.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments