June 17th, 2014

"Дом, в котором" Мариам Петросян.

"Мы  сотворим  здесь  райские  кущи".  -  говорит  один  из  героев,  мальчишка  лет  десяти  по  прозвищу  Волк.  И  они  творят.  Чумные  дохляки,  дети  с  патологиями  развития,  пленники  дома,  не  так,  Дома.  То  есть,  это  поначалу  кажется,  что  пленники.  А  как,  скажите  на  милость,  может  быть  иначе?  Интернат  для  детей-инвалидов,  ограниченная  двигательная  активность,  замкнутый  социум.


Ну-ну, продолжайте  ряд:  бедные  сиротки,  воспитательский  произвол,  неуставные  отношения  и  дедовщина,  да  они  звери  -  не  дети,  другие  там  не  выживают.  Сплошь  психотравмированные.  И  вообще,  тяжело  на  такое  смотреть,  лучше  отвернусь.  А  знаете,  и  отвернулась  раз  уже.  Книга  стучалась  года  полтора  назад,  то  и  дело  с  разных  сторон  приходили  отзывы  о  ней,  сплошь  превосходные.  И  начала  читать.  И...  воспользовалась  первым  предлогом,  чтобы  улизнуть,  когда  поняла  -  речь  пойдет  об  инвалидах,  живущих  в  интернате.


Collapse )



А  дальше  это  становится  неважным.  Ты  просто  смотришь,  как  люди  творят  райские  кущи  в  одном  отдельно  взятом  месте.  Не  имея  ни  малейшего  представления  о  том,  как  следует  это  делать.  Методом  проб  и  ошибок  (первые  часто  неудачны,  от  вторых  некому  остеречь  и,  случается,  оказываются  роковыми).  Но  они  творят.  А  ты  влюбляешься,  читая,  в  каждого  и  всех  вместе.  И,  внимание,  ты  хочешь  быть  на  них  похожей.

Это  главное,  на  мой  взгляд,  в  потрясающей  книге  Мариам  Петросян.  Ее  можно  рассматривать  под  тем  или  иным  углом,  разворачивать  как  головоломку  и  складывать,  как  пазл.  В  ней  столько  смысловых  пластов  и  слоев,  что  и  не  подсчитаешь  навскидку, собьешься.  Но  даримый  настойчивому  читателю  (в  книге  около  тысячи  страниц)  новый  взгляд,  пребудет  с  ним  вовеки.  Сложносочиненными  путями  просачиваясь  в  коллективное  бессознательное.  Микронными  дозами  меняя  отношение  к  инвалидам.

Да  и  будет  об  этом.  Собственно,  как  о  теме  замкнутого  социума.  Не  пленники,  за  которых  приняла  вначале  -  симбиоты.  Дом  может  дать  куда  больше,  чем  и  представится  скудному  человеческому  разумению.  Да,  Страна  чудес,  отсылки  к  Кэрролу  не  прозрачны  даже  -  прямолинейны.  И  Нарния  (жестокая,  больше  похожая  на  Территории  из  кинговского  Талисмана).  И  Сэллинджер,  куда  ж  без  него.  И  Джойс  (даже  так, а  вы  что  думали?).  И  много-много-много  еще  не  вдруг  хватаемых  смутных  ассоциаций,  длить  которые  можно  бесконечно,  да  малое  мое  разумение  не  позволит  (впрочем,  как  и  объем,  честь  пора  уж  знать).


Как  же  это,  о  героях  и не  сказала?  Да  вот,  как-то  так.  Это  отдельно  нужно.  С  чувством,  с  толком,  с  расстановкой.

Хаджи-Мурат Мугуев, "Буйный Терек"

Сотни боев, тысячи людей, горы трупов, десятки народов и государств, отступления, победы, голод, морозы и расстрелы — все видели и испытали эти суровые пожилые люди, двадцать лет назад молодыми деревенскими ребятами взятые из дымных, курных изб в царскую службу, в двадцатипятилетнюю кабалу.

В столице происходит мятеж против Императора, на границе Губительные Силы собирают войска, дикие горные племена замышляют WAAAGH газават, а офицеры с криком "Император защищает!" подрывают укрепления вместе с собой и врагами. В общем, Мугуев мог бы писать Warhammer, "когда это еще не было мэйнстримом". Но он писал в СССР - и очень интересно наблюдать за попытками увязать исторические факты Кавказской войны с идеологией. Ермолов должен чуть не поминутно материть государя, и мало не ходить с красным флагом. Гази-Магомед, борец с феодализмом - только нимба не хватает. Но при этом автор очень любит и знает как военное дело, так и местный колорит, поэтому читать очень приятно и местами даже увлекательно. Вообще романы Мугуева ("К берегам Тигра", "Огненная лапа") я люблю с детства. Еще очень поучительно читать "бокс по переписке" между Мугуевым и чеченским писателем Халидом Ошаевым. Последний, у которого прадед погиб в одном ауле, его внук в - другом, а дед был увезен в Петербург, спрашивает, отчего это из станицы Мугуева вышло так много героев белого движения? И почему это Мугуев направляет копию письма в КГБ - я тоже могу! Очень, очень живописные отношения.
Christophe Vacher

Рассказы о ВОВ

Уважаемые сообщники!

Ищу небольшие рассказы о ВОВ, героями которых были бы школьники. Начало войны, фронтовые будни. Очень желательно, чтобы произведения были не особо длинными - минут на пять неторопливого чтения.

Заранее спасибо за советы.

Два вопроса: о книжном фестивале и о книжных приобретениях на нём

Уже задавался неоднократно вопросом, а книжные фестивали,случайно, не вымерли, словно мамонты?
Итак, "отгремел" московский книжный фестиваль. Ощущение упадничества полное: либо Москва наелась, либо печатные книги отмирают.
Оттого мой первый вопрос: Москва,  а часто ли вы посещаете книжные фестивали? Другие прекрасные города, бывают ли у вас книжные фестивали?
***
Но всё же я не сдаюсь и остаюсь неизменным участником почти всех книжных выставок. А посему делюсь с вами теми интересными книгами, которые выцепил на фестиваль для себя и для своих родных.

1. "Чудесная жемчужина. Рассказы о необычном.Корейские предания, легенды и сказки". Издательство Гиперион, 2014
Книга открывает читателю мир старинных корейских преданий. В этом мире живут реальные люди – цари, создавшие в давние времена государства на Корейском полуострове. Их подданые, советники мудрым словом предостерегают государей от необдуманных поступков, а войны, преданные и отважные, спасают от гибели страну и своего правителя.
1Collapse )