December 11th, 2011

  • raf_air

Любите ли вы Кинга?

  Два литературных критика, оба одни из лучших: один заявляет, что из современных писателей лучшее чувство юмора у Стивена Кинга, другой, наоборот, что Кинг лишен чувства юмора. Однако.
Прочитаны:     Кладбище домашних животных
                      Сияние
                      Мертвая зона
                      История Лизи
                      Блейз
                      Противостояние
                      Дьюма Ки
  Наверное, как говорят англичане,  не моя чашка чая, но ни уму , ни сердцу. Увы.

О Харлане Кобене, Майроне Болитаре и человеческой несправедливости

Харлан Кобен, как уже не раз упоминалось, пишет прекрасные детективы. Меня особенно радует серия романов о Майроне Болитаре.

В интернетах удалось найти следующие книги:
1. Нарушитель сделки
2. Укороченный удар
3. Вне игры
4. Подкрутка
5. Один неверный шаг
8. Обещай мне

Разве не это величайшая несправедливость, когда есть серия книг любимого писателя, а на русский перевели только 1, 2, 3, 4, 5 и ВОСЬМОЙ том!

Знаю, что в данной цепочке не хватает:

1999 - 6. The Final Detail
2000 - 7. Darkest Fear

Нид хелп, помогите найти эти две книги ) Не хочу вылезать из логической последовательности, очень хочу, но держу восьмой том непрочитанным.
Мартин Гал

Чем должна заниматься литературная критика?

Вопрос о зрелости литературной критики стоит в аспекте вопроса о зрелости самой литературы.
Размышление об успехах литературной критики дает достаточно оснований к пессимизму: критики больше не определяют вкус читательской аудитории.
Их авторитет столь невелик, что не может опровергнуть ни одного читательского заблуждения.
То ли недоверие к критикам велико, то ли заблуждения читателей так огромны?
И потом, кто обладает уникальным и безупречным вкусом, который можно обозначить как "золотой стандарт"?
Как найти условное литературное божество, которое выносит всему приговоры?
Может ли живущий рядом с нами претендовать на обладание истинами абсолютного значения?
Какими качествами должен обладать литературный критик, чтобы ему могли поверить?
Кто столь проницателен и умен, что может стать Великим Литературным Инквизитором?
И какие книги обладают столь неоспоримыми достоинствами, что неуязвимы для критики?
А каким книгам грозит литературная инквизиция?
Думали ли Вы об этом, хоть однажды?

(no subject)

Хочу повернуть пост о книге Тома Роба Смита «Child 44» другой стороной.
А именно - "развесистая клюква" в произведениях других зарубежных писателей, где действие происходит в СССР или наше время.
Как-то я с интересом и доверием прочитала триллер Нельсона Демилля "В никуда", действие которого происходит во Вьетнаме. С доверием, поскольку ее автор был профессиональным военным, воевал во Вьетнаме, потом стал известным историком и писателем.
Признаюсь, и по сию пору мне не попадалось такое подробное описание и природы, и истории, и социальной жизни Вьетнама в худ.литературе, как в этом романе.
В следующем его триллере, который я прочла, "Без права на пощаду", действие происходило в Москве, во времена СССР. И вот тут-то впечатление было иное. Не то что, там цвела развесистая клюква, но читала с настороженностью - вроде и похоже на нас, настоящих, и в то же время натыкаешься на некие искажения. А, может, это не искажения, а мы действительно такими виделись со стороны? В любом случае было интересно узнать, как нас видит автор, умный и знающий человек.
В связи с этим вопрос. Кто-нибудь может порекомендовать художественную литературу зарубежных авторов, где действие происходило бы в СССР или наше время, и где "развесистой клюквы! не было бы или она была в минимальном количестве?
больше петуха

Симон де Бовуар - "Девушка приглашена в гости"

Русское название романа Симон де Бовуар "L’Invitée" я не сразу нашла, видимо, нет переводов на русский, либо они не опубликованы. Я читала английский перевод (“She came to stay”), но буду далее ссылаться на роман под заголовком "Приглашенная" (чисто ради удобства).

Это во многом автобиографический роман, написанный в отместку Ольге Козакевич – женщине, которая едва не погубила отношения между де Бовуар и Жан-Полем Сартром. Зная об их отношениях, но не читая романа, можно предположить, что он описывает страсти любовного треугольника и вакхические сцены в спальной. Но не все так просто.

Роман гораздо шире и сложнее того, чем о нем можно предположить, читая аннотацию на обложке. Два главных героя – писательница Франсуаз Микель и театральный режиссер Пьер Лабрусс поглощены друг другом, и каждый рассматривает другого как часть себя. Франсуаз и Пьер едины и неразлучны, несмотря на обоюдную договоренность о свободе (интимных) увлечений другими людьми. Франсуаз, желающая осчастливить жизнь своей бывшей ученице – высокомерной провинциалке Ксавиер Паж, убеждает ее переехать в Париж. Постепенно Франсуаз и Пьер формируют ménage à trois с Ксавиер. Пьер ощущает страстное притяжение к ней и не сомневается во взаимности.

Collapse )