November 4th, 2011

Детская книга, помогите узнать

Читала в детстве, брала в библиотеке.
Там вроде бы на обложке был скелет (могу ошибаться).
Сюжет- некоторый школьный класс или компания отправляется отдыхать или развлекаться. Они территориально- в каком-то доме, вроде деревенского. Тут начинает разворачиваться детектив, то ли кто-то пропадает, то ли просто постоянно происходит много странных мелочей, помню флюоресцентного скелета на чердаке, дети пытаются расследовать и выяснить, что происходит. В конце выясняется, что это всё подстроил один из героев.

Есть ощущение, что у книги есть продолжение и там происходит то же, но уже не подстроенное с теми же детьми. (не уверена, насколько вот это не плод моей фантазии)

Издавалось в виде отдельной повести, то есть в книжке было только это. Помню, что это было в списке внеклассного чтения))
Заранее спасибо.
Мучаюсь, не знаю по каким признакам искать.

UPD. Ответ найден. Это Анатолий Алексин "Тайна старой дачи" и "Покойник оживает и начинает действовать" ("Очень страшные истории"). Большое спасибо))

"Ключ от королевства", Марина и Сергей Дяченко

"Ключ от королевства" (2006) - неплохая книжка, но детская. Это не такое фэнтези, которое одинаково успешно читается и детьми, и взрослыми. Повествование ведется от лица 13-летней девочки, поэтому язык заведомо опримитивлен. Да и сюжет сделан в виде детского фэнтезяшного боевика, если можно так выразиться. Маги, короли, драконы, принцы и принцессы, схватки, бои, победы и поражения - все здесь есть.

И еще не хватило мне сопереживания героям, хотя обычно Дяченки пишут так, что можно обрыдаться над участью несчастного персонажа. Да, вроде героиня попадает в разные переплеты, показывается ее нравственное и моральное становление, но... начать симпатизировать девочке не удается, как было, например, с героиней "Vita Nostra". Или, если говорить о других авторах, с героями "Хроник Нарнии" Льюиса.

Также не хватило истинной сказочной атмосферы как, например, в "Ритуале". Фантастический мир, куда внезапно попала простая школьница, получился слишком картонным, слишком прямолинейным. Хотя... детям должно понравиться, особенно, я думаю, мальчикам и девочкам-пацанкам.

Хвала Аллаху, что и наши отечественные авторы пытаются составить конкуренцию "Гарри Поттеру".

"Змея" Анджей Сапковский



Наконец-то дождался полного варианта, спасибо флибусте.
Не ожидал такого от пана Сапковского. Изумительно и органично выписаны истории как советского прапорщика, так и английского лейтенанта и македонского тетрарха. Казалось, что можно написать приличного с фэнтезийными элементами на пребывание "ограниченного контингента советских войск в ДРА"? Ну поди же ты, для меня, читателя, заранее готового плеваться от количества "клюквы", роман стал прямо таки откровением. Высочайший уровень владения материалом, которого не встретишь у отечественных авторов пишущих о той войне, постоянно казалось что автор сам побывал в Афганистане в восьмидесятых, пусть и по своей основной профессии торгпреда. Никаких заметных ляпов по быту и военным будням наших солдат и офицеров в Афганистане обнаружить не удалось, более того атмосфера военного аэродрома Баграм, заставы "Соловей" на стратегической дороге Кандагар-Газни заставляет окунуться с головой в повествование.
Змея как душа страны и попытка спасения в "позднее лето, седьмой год царствования Великого Царя Александра", или "27 июля 1880-го, тридцать четвертый год пребывания на троне Виктории, королевы Объединенного Королевства Великой Британии и Ирландии, первой императрицы Индии", а может в "воскресенье, семнадцатое июня 1984 года. Пятого года войны в Афганистане".
Некоторые строчки намертво цепляются в память:

" Место,из которого были осуществлены выстрелы,- резко и громко закончил капитан,не называется у меня гражданским объектом. Место, откуда стреляют, называется огневой позицией противника."

" - Готовы? - удостоверился лейтенант Ричард Тревор Чут.

- Готовы, саиб,- за всех ответил наик Джехангир Синх.

Чут взглянул на него.

- Не называй меня саибом, сказал он холодно. Сегодня, здесь, мы все равны. С этого момента я называю тебя белым.

- На время битвы?

- Нет,- лейтенант втянул воздух и посмотрел на несущихся на них газиев, на их ножи и копья. - Пожизненно."

Must read.

Игорь Курукин, Андрей Булычев. Повседневная жизнь опричников Ивана Грозного

Книга вышла в серии «Повседневная жизнь человечества» издательства «Молодая гвардия», тираж 3000 экз. В серии ПЖЧ мне попадались очень разные книги. От откровенно анекдотических, сляпанных кое-как, до вполне интересных. Булычева я не знал, а вот Игорь Курукин автор известный, правда, как историк, он вроде бы занимался более поздним временем, XVIII веком. (Вроде бы именно его книга про «Слово и дело», политический сыск, казни и т п в Российской империи).

Книга про опричников получилась все-таки ближе к научной, чем к популярной литературе. Отчасти, конечно, потому, что данных именно о повседневной жизни осталось не так уж много. Помимо поздних летописцев – Штаден, Таубе и Крузе, Шлихтинг – те иностранцы, которые служили при дворе Ивана Грозного, а после, уже в Европе, описали ужасы, царящие в Московской земле. Кстати, в разделе книги, посвященном опричным людям, есть глава про похождения всех этих героев. Но отчасти потому, что авторы очень часто цитируют источники, достаточно скрупулезно разбирают каждую тему. Есть тема про распределение опричных и земских земель – значит обязательно надо проиллюстрировать все переходы владений туда-сюда, переселение вотчинников цитатами, и не только из летописей (а в данном случае – и не столько), но и с привлечением хозяйственных актов. Это, на самом деле, правильно, но надо иметь некоторую привычку и интерес читать что-то вроде «купил есми у Ивана да у Василья у Яковлевых детей Молчанова сына Кишкина их вотчину в Белозерском уезде в Надпорожском стану в волости в Робоозере деревню Белобоковскую да деревню Зуеву пусту, починок Булдеев на речке Сомсоре… А дал есми Ивану да Василью на той их вотчине 50 рублев денег да пополнка мерин сер.» Мне кажется, что в этих документах как раз и передается голос их эпохи, но кому-то другому может показаться и скучным, и трудночитаемым.

Вот что удивляет, так это постоянное упоминание «заложных мертвецов».Что, якобы, по убеждению восточных славян если человек погиб насильственной смертью, то он до конца отмеренного ему срока жизни будет оставаться на земле, да еще и в распоряжении нечистой силы. При этом, совершенно неважно, погиб ли человек за правое дело или нет. То есть воин павший в бою за Русь тоже оказывался таким покойником, и что таких чуть ли не за церковной оградой хоронили, в скудельницах. Именно с помощью этой идеи «заложных покойников» авторы пытаются объяснить поведение Ивана Грозного в последние годы своей жизни, особенно после убийства своего сына Ивана. То время когда он сам стал составлять синодики опальных, давал деньги на молитвы по загубленным по его же распоряжениям. Согласно этой книге – опасался за посмертную судьбу своего сына. Иногда мне казалось, что авторы писали ее скорее для утверждения теории «заложных покойников», а не как научно-популярную. Есть и более мелкие вопросы, возникшие у меня. Например, на 235 странице: «Слишком часто глава Русской митрополии добровольно становился политическим и, добавим, церковным подручником великого князя Московского. Таковыми, к примеру, были святители Феогност при Иване Калите и Алексий при Дмитрии Донском. В противном случае неугодный светскому правителю первоиерарх рисковал быть насильно сведенным с кафедры.». И пример Ивана III и митрополита Феодосия. Но вот не поворачивается у меня язык назвать «подручником» Алексия. Может, просто слово неудачное – «подручник», тогда уж «помощником» надо было называть.

Впрочем, в итоге от книги осталось противоречивое, но, скорее, положительное впечатление. Это, конечно, не тот ужас, который был издан про Викторианскую Англию. Наверное, можно и нужно было не так сильно доверять немцам, да и не так сильно проталкивать идею с «заложными покойниками» (все-таки она мне кажется сомнительной). Но интерес к эпохе книга пробудить вполне в состоянии. Глядишь, прочитавший ее и за Скрынникова возьмется, а там поймет, что и в чтении серьезной исторической литературы нет ничего страшного.

Фёдор Томский - многоликая легенда

Почему сибирская повесть Льва Толстого увидела свет только после смерти обер-прокурора

Лев Толстой в Сибири? Неужели? Да точно! Смотрю и глазам своим не верю. Молодой литератор, отставной поручик артиллерии, который после участия в крымской кампании 1855-1856 года больше путешествовал по Европе, нежели находился в России, вдруг преодолел четыре тысячи вёрст (а это надо было сделать только на перекладных) и прибыл в Томскую губернию, в Мариинский уезд.
Здесь, в селе Краснореченском, на пасеке крестьянина Ивана Латышева, он и повстречался с самым загадочным старцем Российской империи — Фёдором Кузьмичом и провёл с ним многочасовую приватную беседу…

Collapse )
поэтесса. Помпеи

"Дань саламандре", петербургский роман Марины Палей

Откровенно талантливый и самобытный в современной литературе автор. Безжалостно мощный и страшный своей правдоподобностью роман.
Громадная метафора того, что мы любим не такого человека, каков он в "реальности". Мир в нашем представлении и его объективный (?) исходник - две большие разницы. Но важно ли это?
В центре романа - "пляшущие" отношения двух молодых женщин. Траектория этих отношений не укладывается в привычные сценарии, но вызывает разнообразнейшую гамму чувств и надолго ошеломляет абсолютно непредсказуемым финалом.
Кроме того, жёсткая ирония и тонкий психологизм, мистика сновидений и обаяние Ингерманландии, символизм и неисчерпаемо многое другое...
Отдельно отмечу мастерское владение автора русским языком - как "вглубь" (ювелирно точные формулировки и максимально уместные слова), так и "вширь" (от лексико-фонетических особенностей речи самых колоритных персонажей до употребления единиц из словаря Даля).

Нечто вроде трейлера к роману: