July 8th, 2011

(no subject)


Книга сопровождается предисловием Сергея Чупринина. Предисловие дает разъяснения относительно жанра книги.

Патерик – это свод новелл о деяниях христианских монахов, а также собрание их нравоучительных высказываний. Однако упоминание этого жанра в заголовке книги, лишь путает читателя.

На самом деле книга написана в жанре фацеции (от лат. facetia – шутка, острота) - короткий рассказ типа анекдота, городской жанр, особенно популярный в эпоху Возрождения, в основном направленный против пороков дворянства и духовенства. Но это не обличительно-сатирический жанр, а любовно-подтрунивающий.

Рассказики разные по объему – некоторые занимают несколько страниц, другие несколько строк. Книга показалась мне очень неоднозначной.

С одной стороны, понятно, что Майя Кучерская хотела сказать, что духовные лица – тоже люди и ничто человеческое им не чуждо, но при этом пыталась, чтобы ее рассказ прозвучал без осуждения, а с умилительной улыбкой. Но с другой стороны, ряд рассказанных историй, совершенно не вызывают ни умиления, ни улыбки.

Например, вот эта:
Collapse )


сигарета

социальная (культурная) антропология

Уважаемые сообщники,

не могли бы Вы мне посоветовать книги по социальной (культурной) антропологии, которые были бы доступны (желательно, но необязательно) он-лайн.
Из прочитанного могу назвать только одного автора - В. Бочаров. У него есть несколько книг, самая доступная в продаже была про антрополгию возраста.

Книги могут быть как на русском, так и на английском.

Спасибо.
Как есть

Марк Фишер. "Игрок в гольф и Миллионер"

Люблю книги, полные драйва - они как батарейка, от которой мне удается основательно подпитаться позитивом на недельку-другую. (В отличие от книг - энергетических вампиров, которые энергию, наоборот, отнимают).
Идея этой тоненькой книжки - человек все может, главное захотеть - не нова, обоснование идеи - главное верить в себя - не ново тоже. Но все это рассказывается в форме притчи об игроке в гольф, долгие годы считавшем себя неудачником и вдруг встретившем миллионера, который открыл ему правила успеха, которые "постоянны независимо от сферы деятельности".
И эти правила успеха на примере игрока в гольф излагаются достаточно убедительно и не разжевываются на пятьсот страниц, как любят делать некоторые авторы. А главное для меня в этой книге - это все-таки искренний драйв, которого так мало в нашем мире скептиков.

И кстати о скептицизме (миллионер говорит эти слова игроку в гольф в ответ на то, что тот никак не может поверить в свой талант и удачу):
"Вы думаете так же, как большинство других людей. Другими словами, вы имеете тенденцию повторять то, что вам говорили другие. Ваши мысли - это не ваши мысли, это всего лишь клише, в которые верит громадное большинство людей. К сожалению, большинство не достигает успеха в жизни. Поэтому вам следует скептически относиться к тому, что думает большинство".
на горошине

Михаил Бару.Тридцать третье марта, или провинциальные записки


   Жители больших городов с богатой инфраструктурой,как ни крути, привыкли смотреть на мир  чуть сверху вниз. Правда, у вечно занятых обитателей мегаполиса нет времени наслаждаться красотой не только своего города, но и близлежащих маленьких "братьев" - их задачей было  и есть выживать среди многообразия и пестроты.
  Для таких людей,вероятно и пишет Михаил Бару, автор книги "Тридцать третье марта, или провинциальные записки"(до этого известный по книгам "Один человек", "Записки понаехавшего").

"У нас в провинции все такое же, как и в столицах. Только скромнее, без люрекса и стразов. У нас и культурная жизнь есть. Она и вообще у нас есть. Разная. Но их Москвы её не видно. Они там иногда поднимутся на башню и смотрят вдаль. За кольцевой- ничего не видать. То ли дым из-под снега, то ли снег с прошлой зимы не убирали...Какая-то муть на горизонте..."

  Смиренная красота русских провинциальных городов. Жизнь, как она есть. Жизнь маленьких городов, деревень. Что, называется, нарочно не придумаешь, практически ни одного "постановочного кадра", все естественно- вот, что можно найти в этой книге.

Гулять по ним можно не по путеводителю, а по этой книге.. Ошибиться в направлении нельзя: Бару в точности воспроизводит некоторые улочки, города. Иначе быть и не могло, это же путевые заметки с юмором.

Юмор. Это основная черта, отличающая Михаила Бару от многих других авторов травелогов. В "Тридцать третьем марта.." он мягкий, домашний, но как всегда колкий.

Зарисовки его академичны и необычны вместе с тем, поскольку он особенно трепетно умеет увидеть проникровенную, не явную красоту, найти самый пронзительный мотив. Бару ,видимо,  подолгу ищет образ:
     «…я садился в машину, автобус, поезд или самолёт и ехал в какой-нибудь маленький или не очень, или очень большой, но непременно провинциальный город. В глубинку, другими словами Глубинку не в том смысле, что это глухомань какая-то, нет, а в том, что глубина, без которой не бывает ни руки настоящей, ни моря, ни даже океана.
Я пишу о провинции, которая у меня в голове и которую я люблю».
».

Он черпает вдохновение для своих юмористически- поэтических книг в смиренной красоте русской провинции: сказочными видениями предстают  в его книге панорамы  Зарайского Кремля и Шуи , уголки  Фалькензеи и могучие башни Изборска, монастыри Суздаля, Киржача и Вологды,  соборы Нерехты  и Вязников, и др.

 А так же,вы узнаете о селе Б. Или В. Или даже У.

(no subject)

Уважаемые ЧтоЧитатели, подскажите, пожалуйста, писателей-фантастов типа Саймака и Бестера, очень люблю короткие рассказы, а лучше этих двоих не встречала пока.
Глубокое мерси заранее всем :-)

Книги про надежду

 Господа, а подскажите, пожалуйста, какую-нибудь книжку, вселяющую надежду на светлое будущее :)
Только чтобы не совсем наивно все было написано.

Спасибо :)

Е.Войскунский, И.Лукодьянов. Плеск звёздных морей



Это советская фантастика середины 1960-х, как она есть. Космос, коммунизм, героизм, хорошие правильные люди, конфликты хорошего с лучшим и т.п. Очень удачное название, в нем концентрируется отношение советской фантастической литературы того времени к ближайшему будущему человечества. В общем, - «памятник эпохи», может быть правильнее даже будет сказать - «эпохе». И памятник качественный.
Действие происходит во второй половине XXI века. Из того, что уже появилось с момента написания повести у нас, в этом самом веке живущих, авторам удалось правильно предсказать только две вещи: а) моду красить волосы в два цвета и б) обычай повзрослевших людей брать себе новое имя взамен «родительского» (имею в виду ники). Всё остальное (покорение планет, общий для всех людей язык, общественное устройство и т.д.) – к сожалению, мимо цели.
Среди всего прочитанного у этих авторов я бы поставил «Плеск звездных морей» на второе место после «Экипажа «Меконга»». Любителям данного вида литературы – рекомендую.

Кларк. Да не тот!

 Сидел я вечером перед компьютером в плохом настроении. Много работы, все эти верстки, подгонки - уничтожение разума и подмена его чем-то слизистым и холодным! В общем, захотелось мне прочитать про тотальный дестрой и аннигиляцию человечества! Скачал литературное произведение "Царь-кровь", разумеется клюнув на фамилию Кларк и кучу восторженных отзывов пользователей с серьезными никами, типа "воландеморд" и "киш фарева". 
Оу - е-е-е! Давненько я так не смеялся! Впрочем, не над юмором в книге, а над восторженными комментариями. Юмор у автора присутствует. Лучше бы на нем он и делал акцент. Но нет. Постапокалиптический жанр подразумевает хаос, извращения и повествование страшным голосом. "Представьте себе..." - звучит призыв автора и я зажмуриваюсь, чтобы это сделать. К сожалению, так ничего не видать и приходится дальше читать фантазии писателя. 
О сюжете. Главный герой напоминает кролика - нет! Все персонажи напоминают кроликов - через страницу книга наполнена сценами хватания нежными прохладными женскими руками за мужское подростковое естество! Ну и фантазия автора в этом вопросе развита хорошо - мне приходилось листать довольно долго все сцены, чтобы не забыть, о чем книга вообще! 
С научной точки зрения можно исследовать материал только в том случае ,если полно времени, друзья все пьяные, а поговорить не о чем. Бред полный, но страшный! Равно, как и сам сюжет. Естественно, все куда-то идут, кого-то и что-то едят, враги кругом, кругом враги - я уже повторяюсь! Но количество поджаренных, порубленных, изнасилованных, посаженых на кол и оставляющих предсмертные записки, написанных собственной кровью и фекалиями на стенах зашкаливает. 
Короче - сильное и заставляющее задуматься произведение...!
Карпов Владимир

Иван Зорин. Гений вчерашнего дня

В интервью Литгазете этот писатель сказал, что «роман – это плохо отредактированный рассказ». Заинтересовался, скачал на Рутрекере его книги «Гений вчерашнего дня» и «Секта Правды». Прочитал пока только первую.

Рассказы из сборника просто проглотил. Именно так, потому что читалось легко. Сюжеты увлекали. Философия, психология, меткие наблюдения и точные их словесные выражения – все так талантливо, прямо на зависть. Несомненный литературный дар. Литературные ассоциации и аллегории рассыпаны по страницам. Он, несомненно, оригинален и, ах, как сочно пишет!

«Он мог носить глаза на затылке, а язык, как гвоздику, за ухом». Восторг, как образно!

«Седлая дорогу» - просто красиво.

«На очках кисла улыбка» - это он о супружеской паре профессоров средних лет (на их очках…) – прямо кинематографическое видение.

Но за красотами стиля и точных метафор, Зорина интересует все, что лишено перспективы нормальной жизни.

«Сны клюют глаза, как птицы, и шлют чёрные метки».

«Образование, как горб или рюкзак, тянет вниз, (…) жизнь, как клинок янычара, рубит тех, кто высовывается, а невежество заразно - стоит одному встать под его мерку, как остальные тут же равняются».

 «Любая биография – вымышленная».

«Дорога к себе бесконечна».

«Жизнь - это суд, на котором разбирается одно и то же дело: судьба против человека».

«Любовь писана вилами по воде, а ненависть - в сердце. Ненависть не победить любовью - черви не бьют пик… Но и пики не бьют червей. Ненависть и любовь, как собака и кошка, которых кормит один хозяин…»

Проза Зорина – на любителя, для интеллектуала-гурмана, который ее с удовольствием выкурит, словно дорогую сигару, чтобы потом, после изысканного обеда в кругу друзей блеснуть умом, а в душе своей цинично посмеяться над простодушными. Философии в рассказах – море разливанное.

Особенно повеселил рассказ «Помещик Дыдыш-Болтянский читает Борхеса», о том, как русский помещик XIX века возвращается домой из города, где в книжной лавке купил томик Борхеса. Но чтобы его оценить, нужно знать рассказы Хорхе Луи, на которые много отсылок. Финал, правда, грустный, помещик исчез, заблудился в метель. Кучера нашли весной, а Дыдыш-Болтянского не нашли вовсе. «Поползли слухи, будто он заблудился в книге, отыскав всё же рассказ о себе. Ведь прежде, чем приехать, он должен был прочитать о своём приезде. А прежде, чем дочитать – приехать…»

Кстати, сам Борхес говорил, что будущее – за рассказом, а романы канут в лету. Сам он, как и Зорин, никогда не писал больших форм (Как Чехов, как Цвейг). Романы Павича – тоже с натяжкой можно назвать романами, скорее, это сборная солянка из новелл.

А что Вы думаете, будущее за малыми формами или большими? И что больше любите – романы или рассказы? И почему?

 

Оноре де Бальзак - «Серафита»

Андрогин - Серафита/Серафитус чье имя созвучно с ангельским чином Серафим так и остался для меня загадкой, как и весь роман. Жанр я бы определил как мистическая сказка о любви.

Главные герои романа девушка Минна и юноша Вильфрид хотя последний неопределенного возраста и Эмануэль Сведенборг. Шведский теософ не сюжетный персонаж, но о нем так много говориться в книге, что не упомянуть о нем просто невозможно. Мистика создается именно пересказом теософских взглядов Сведенборга. Скорей всего именно здесь разгадка к произведению, но я совершенно ничего не знаю об этом человеке.

Характер Вильфрида в отличие от Мины раскрыт более глубоко, его грандиозным планам завоевания мира посвящена значительная часть книги. В конце он как бы ради любви отказывается от покорения Европы и Азии. Что олицетворял собой данный персонаж для меня абсолютная загадка. Не меньшая загадка сам андрогин. Слишком упрощенно воспринимать его как Амура, цель которого свести воедино мужчину и женщину, но воспринимать его как-то иначе я даже не берусь, даже представить себе не могу в каком направлении копать.

В целом роман не сложен для прочтения, если врыться в мистико-философские пласты и продраться сквозь толщу теософии, но, к сожалению дальше первого слоя, мой взгляд не смог проникнуть и поэтому данное произведение оставило у меня больше недоумения и досады чем удовольствия.