March 1st, 2011

Ярослав Гашек «Похождения бравого солдата Швейка во время мировой войны»

Ярослав Гашек «Похождения бравого солдата Швейка во время мировой войны», Москва, Эксмо, 2009

 

О книге Ярослава Гашека «Похождения бравого солдата Швейка во время мировой войны» написано и сказано многое. Кто-то восхищается ей, растаскивает на цитаты, а кто-то убирает на книжную полку, едва приступив к чтению. Несмотря на литературный вкус каждого, никто не будет оспаривать ее популярность: «Похождение…» за девяносто лет выдержало не один десяток тиражей во всех странах мира. Если бы мне довелось составлять список пятидесяти книг, которые обязательно нужно прочесть, то это произведение, бесспорно, в него бы вошло.

Швейк – тот самый литературный персонаж, не теряющий актуальности. С первых страниц он располагает к себе читателя добротой, отзывчивостью, оптимизмом и, может быть, некоторой чудаковатостью. Он прост и открыт каждому. Его способность попадать во всякие несуразные ситуации, из которых он, впрочем, с легкостью выходит, тоже не оставляет равнодушным.

Швейк представляет собой частичку Хаоса, проникшую в Порядок и несущую ему разрушение. Вертикаль власти, бюрократия, мертвые параграфы закона не устоят перед его деструктивными действиями. Швейк, сам того не подозревая, уничтожает систему государственного принуждения, доводит до абсурда беспрекословное подчинение начальству и основной принцип армейской службы: «заткнуться и руки по швам».

Сатира и юмор – это альфа и омега книги Гашека, лучшая и самая сильная сторона произведения. Как же карикатурно показан офицерский состав, стремящийся исключительно к еде, выпивке, женщинам и азартным играм! А сколько историй мы слышим из уст Швейка, просто диву даешься! Немалому количеству вошедших в наш обиход нарицательных названий (таких как, допустим, трактир «У чаши» и бордель «У кукурузного початка»)  мы обязаны автору.

«Похождения бравого солдата Швейка» - отличный «подарок» тем, кто грезит военной муштрой, с трепетом в сердце смотрит на генеральские звезды, военное рабство считает своим гражданским долгом, а умереть за своего правителя – честью. С прошедшим Днем дезертира!

а посоветуйте, пожалуйста, тоже...

...что-нбудь серьезное, но, плюс, и с детективной интригой, с загадкой?

с неким поиском, где в ходе расследования (или путешествия? или исследования?) главный герой ищет не только ответы, полагающиеся ему по сюжету, но старается понять окружающий его мир.

интертекстуальность и постмодерн приветствуется.

вот, скажем, примеры таких книг: Томас Пинчон "В.", "Лот 49"; Лоуренс Норфолк "Словарь Ламприера", Чарльз Паллисер "Квинканкс", Умберто Эко, Йен Пирс "Перст указующий".

может в серии "Книга, о которой говорят" было что-нибудь подобное? например, что можно сказать про Эрика Маккормака? а про Мэтью Перла (кстати, насколько, читая "Дантов клуб", надо знать непосредственно "Божественную комедию" и собственно жизнь Данте?)? а про Калеба Карра?


но только, пожалуйста, не надо дешевки вроде Зафоновых "Песней ветра" и прочих Перес-Ревертей. это совершенно точно не то, что я ищу.

"Млечный Путь", выпуск 45

Опубликован очередной выпуск журнала "Млечный Путь":

Аравинд Адига. Белый тигр

Роман индийского автора, получившего два года назад Букеровскую премию. Не нашу – русского буккера, а первозданную английскую. Роман удивительно быстро был переведен на русский язык, а раз я в прошлом году следил за всякими премиями, грех было не взять его на заметку.

Роман – про индийского Раскольникова. Только Раскольникова, которому повезло. Он убил старушку (в индийском варианте – своего хозяина), причем без невинных жертв, украл очень много денег. Открыл свое дело, выбился из бедности, и вообще стал жить честно и благородно. В поступке своем совершенно не раскаивается (хотя, скорее всего, это погубило его брата, бабушку и всех остальных родственников), более того, если ему снятся страшные сны, то те, в которых он все-таки не смог решиться на преступление и остался в бедности. Даже аналог выражения «тварь я дрожащая или право имею» имеется. Это образ клетки, из которой не могут выбраться люди Мрака (бедняки).

Роман, к тому же – совершенно чернушный, что-то я не помню такой чернухи в изображении российской / советской действительности. Достается школам, больницам (естественно, школам и больницам в варианте для бедных), избирательной системе (герой якобы исправно голосует, хотя разыскивается за убийство), полиции – которая крышует, политикам – украденные деньги предназначались именно на взятки. Неудивительно, что начинаешь думать о старой кастовой системе, как о верхе справедливости.

Но роман между тем сильный, и я вполне могу понять присуждение ему премии. Чернуха, вроде как надоела, но тут вроде бы и не наша чернуха, так что воспринимается легче! И кроме того – это очень неожиданный взгляд на проблему. Мозги прочищает. Просто мы очень привыкли к «нравственному» подходу героев в литературе, а тут этот привычный подход ломается. И то что герой не христианин, а индуист, и богов у него вообще 36 000 004 только помогает отстранению. И начинаешь думать, а вот ты жил бы такой жизнью, как живет народ во Мраке, был бы ты «тварью дрожащей»?

Вот разве что в конце герой показан таким благородным, таким благородным…

Что почитать философско-интересное?

Посоветуйте книгу философскую, с интересными цитами.
Вообщем над которой можно поразмыслить.
Знаю:
Габриэля Маркеса "Сто лет одиночества" и другие
У. Эко "Маятник Фуко" и другие
Что-нибудь подобное, с интересным сюжетом...

Книги по истории для ребенка 9-ти лет.

Дорогие сообщники, столкнулась с проблемой.

Мой сын - 9 лет, фанатичный читатель всего, что попадется под руку, включая почти-взрослые книжки. Последний год он все больше интересуется историей советских времен. Особенно его интригуют Сталин и Хрущев почему-то. Он ищет в интернете, распечатывает статьи из Википедии, задает вопросы постоянно.
Я бы с удовольствием дала ему каких-нибудь книжек по возрасту. Ну если не по возрасту, то рассчитанных на подростков, хотя бы - он осилит вполне. НО! В голову приходят только учебники. Советские, по понятным причинам, не подходят. Боюсь, что современные тоже. Взрослые книги по истории, коих у меня кубометр (периода 90-х, когда мы узнали столько нового об истории страны) я пока давать тоже не хочу - не поймет, может его отвратить. Да и зачет девятилетке взрослые книжки, не тот уровень сознания.

Вопрос в следующем: есть ли в природе книги для детей по истории СССР, не советские, не путинские, не учебники? Может, полухудожественные, выпущенные во времена перестройки. Думаю, даже старые книги найти сейчас можно, знать бы, что искать.

У кого-нибудь есть еще дети с такими интересами? Как решаете вопрос?
С некой хотя бы потенцией к объективности, насколько это вообще возможно?

«Дом, в котором…» осталась часть меня

Практически не видела отрицательных отзывов об этой книге, и мой не будет исключением – она потрясающая. Уже забыла, когда книга производила на меня такое сильное впечатление – не хотелось с ней расставаться и читать что-либо после нее. Прочитала ее в электронном виде и заказала себе бумажную, думаю, когда заберу ее, не удержусь и буду перечитывать отрывки, а скорее всего прочитаю всю второй раз. Такими книгами хочется жить, лелеять воспоминания о них, будто они часть твоей собственной жизни, у меня таких книг было немного и все их я пережила еще в юности, так что «Дом…» - это просто бесценный подарок для меня.

Хочу сказать всем, кто сомневается читать ли ее - из-за темы, объема, сомнительности профессиональных навыков автора (точнее их отсутствия) – просто прочитайте. Преодолейте первые страницы, когда еще совсем ничего непонятно – автор не склонен объяснять все до последней запятой, оставляя читателю шанс почувствовать все самому – и прочитайте. Даже если это окажется совсем не ваше, вы не пожалеете, что уделили время этой книге, потому что она, без сомнений, стоит того, чтобы ее знать, как знают обо всех значимых произведениях.
foto, new

(no subject)

 Во вторник на работе праздновали 23 февраля. Неожиданным ходом со стороны женского коллектива стал подарок - книга про самовыражение в новых медиа.

Стоит отметить, что я, как любитель всего нового и интересного, зарегистрировался в твиттере еще год назад. Самое сложное было принятие решения "с чего начать?". Я открывал свой аккаунт, смотрел на белый лист и думал "а каким именно должно быть мое первое сообщение, мой первый пост?". По несколько раз набирал текст, перечитывал и понимал, что редактор, живущий внутри меня, желает только одного – много раз нажать "delete" . Аккаунт вновь становился чистым и не тронутым. Так продолжалось не один день и, казалось, нет этому конца…

Collapse )

Александр Мильштейн. Школа кибернетики

Дебютный сборник немецкого прозаика Александра Мильштейна. Новеллы совершенно разные. В одних автор легкий и непринужденный рассказчик, в других уже тонкий интеллектуал, играющий словами, буквами, аллитерациями и смыслами. Место действия США, СССР, Германия и Израиль. Герои - советские ученые, пытающиеся привыкнуть  к постсоветским реалиям, эмигранты, программисты, писатели и просто обычные люди. Несмотря на знакомые рефлексии бедствующего эмигранта, Мильштейн вскрывает ряд современных актуальных проблем, будь то психоделика скучающего офисного планктона или антисемитизм, иллюзия бытия или тема другого. Автор может цитировать Бахтина, Бодрийяра или Лакана, а может просто рассказывать о жизни эмигранта. Несомненно, творчество Александра интересно в художественном плане, а порой и обнаруживается увлекающая фабула. Я для себя выделил ряд новелл как наиболее глубоких и интересных: «Палата мер и весов», «Вмятина», «Школа русской йоги», «Письмо», «Розыгрыши», «Город-герой».

Жан-Пьер Оль. Господин Дик или Десятая книга



Давно не попадалась мне книга, вызвавшая столько литературных ассоциаций, еще бы, ведь она посвящена разгадке тайны Эдвина Друда Диккенса. Охарактеризованный, как интеллектуальный детектив, и с точки зрения увлекательности сюжета это так и есть, роман можно назвать размышлением о соперничестве, о разных его проявлениях. С одной стороны - это ощущения человека, вынужденного оставаться в тени. И не столько в тени таланта и знаний, сколько в тени яркой, коммуникабельной, привлекающей внимание личности, чьим серым отголоском главный герой чувствует себя с ранней юности. С другой стороны - соперничества между писателями прошлого. Не знаю, как Вы, но я редко задумывалась о том, что Коллинз, Стивенсон и Диккенс жили в одно время, встречались в литературных салонах и имели один круг общения. Тогда грамотность переставала быть достоянием высоких кругов общества и по сути возникли жанры, главная особенность которых увлекательность. Диккенс лидировал в жанре "народного романа", Коллинз - детективного, а Стивенсон - приключенческого. Диккенс был самым читаемым писателем своего времени, его книги были своего рода сериалами дотелевизионной поры, выходя в недорогих изданиях с продолжениями. Тогда же начала набирать обороты популярность Коллинза, и "Тайна Эдвида Друда" писалась Диккенсом как вызов. Дуэль он смог выиграть по сути только потому, что роман остался недописанным и тайной, которую не суждено раскрыть. Кроме этих литературных ассоциаций, порождающих желание перечитать Диккенса и Коллинза, в романе присутствует отрывок из описаний спиритических сеансов от Конан Дойля, книга которого об этих явлениях была прочитана накануне.
Ну и наконец о сюжете и особенностях романа. Написан хорошим языком, яркие картинки детства главного героя и яркие персонажи, истоки и формирование характера исследованы достаточно глубоко, зрелость и ревность к успеху - как закономерный итог. И ответ на вопрос - можно ли написать неотличимую подделку? И можно ли настолько раствориться в чьем-либо творчестве, что потеряться самому?

ФИЛИП ДИК: краткий путеводитель по лучшим произведениям

На днях здесь, в сообществе, была тема про Стивена Кинга, в комментариях к которой зашёл разговор про Филипа Дика. Выяснилось, что есть люди, не знакомые с его творчеством, которые не прочь бы и познакомиться. Поэтому я и подумал: сделаю, пожалуй, краткий, мимолётный путеводитель по лучшим его произведениям. Лучшим, конечно, с моей глубоко субъективной точки зрения. Все перечисленные ниже произведения – романы, за исключением одной небольшой повести и одного рассказа. Итак…

Collapse )

Генсек без наград

Накануне 80-летия Михаила Горбачева, которое отмечается 2 марта,  нашла  одну любопытную книгу, где есть страницы, посвященные первому и последнему президенту. СССР: Валентин Александров, «Кронпринцы в роли оруженосцев. Записки спичрайтера».
Увеличить
 Я не большой любитель мемуарной литературы, но эта книга меня изрядно позабавила: о подковерной борьбе в Политбюро рассказано остроумно и весело, несмотря на  всю серьезность темы. Автор в советские времена работал помощником председателя   Правительства РСФСР  М.С. Соломенцева, помощником секретарей ЦК КПСС. В.Александров был спичрайтером – писал речи для для представителей правящей верхушки страны.  Про эти речи народ в то время слагал анекдоты:  «Брежнев слышит стук в дверь, достает из папки листок и читает: «Кто там?»  За дверью стоит Суслов, который тоже достает из папки листок и тоже читает: «Леонид Ильич, это я, Суслов!»  Без курьезов  работа спичрайтера, наверно, просто невозможно. Среди таких эпизодов В.Алексанлров вспоминает, как однажды на собрание партячейки аппарата ЦК КПСС пригласили молодого члена-корреспондента Академии наук СССР Аганбегяна с докладом об экономической системе страны. Тот в своем выступлении камня на камне не оставил от экономики, обругал со всех сторон. В.Александров вступил с ним в спор, - мол, не все так плохо. Когда расходились, в гардеробе Александров не нашел свою шапку. Вскоре стало понятно, что шапку украли. «Ну вот,  видите, - сказал Аганбегян. – А вы говорите, что не так уж все плохо…» Да, если уж и здесь воруют шапки!.. Для Горбачева  В.Александров речей не писал, были другие спичрайтеры. Но он был свидетелем того, как зарождалась перестройка. Без курьезов тоже не обошлось. Как известно, члены советского правительства очень любили  награждать друг друга орденами и медалями. Дошло до того, что людей, и близко не бывавших на фронте, стали награждать орденами Отечественной войны. И вот однажды Горбачев пришел на какое-то заседание без единой награды на пиджаке. Возникло замешательство. Как  же так? Генсек без наград, а все увешаны орденами и медалями. Все Политбюро тотчас разбежалось по углам,  кто за шторку спрятался, кто в туалет – спешно снимают награды. Заседание  началось с большим опозданием – такую кучу регалий быстро не снимешь…


Рассказы про врунов и обманщиков

Посоветуйте, пожалуйста, сюжеты в литературе о вранье/обмане. Желательно детские книжки, если взрослые - то чтоб легко поддавалось пересказу. Как ориентир - "Лгун" Толстого или "Фантазеры" Носова (Игорь съел банку варенья, а свалил на сестренку, да еще, пока она спала, губы ей вареньем намазал. Сестренке от мамы влетело).

путешествие по мирам

 Друзья, уже сломала мозг, замотала поисковики, мужа и друзей. Лет 5-7 назад читала книжку российского автора, дело происходит в Москве. Фигурируют два друга, какой-то тип и штуковина, с помощью которой тип предлагает друзьям перемещаться по параллельным мирам. Кажется, для перемещения они должны были звонить из телефонной будки что ли. В конце один понимает, что во всех этих мирах есть одно общее - книги (или журналы) того типа, который их во все это втравил. Или книжек было две... В одном из миров, помню, шла война в Москве, стреляли, и один из друзей захотел там остаться. Помогите, а? 

PS Нашлась, это Игра в реальность Алексея Калугина. 
не легко

Генри Миллер "Тропик Рака".

21.39 КБ
Генри Миллер. Великий и ужасный. Наверное, хорошо, что я обратился к его творчеству только сейчас. Почти уверен, что в юном возрасте я вынес бы из его прозы лишь сексуальную составляющую. Сейчас я прочувствовал каждой клеткой его литературную мощь, притом, что оставался и остаюсь на противоположном полюсе философских воззрений.
Литературный эксгибиционизм Миллера, в какой-то степени восходит к Достоевскому. Только вот Федор Михайлович исследуя темные смрадные закоулки души человеческой, искал путь к свету. А для Миллера главный объект исследования – тело. Грязное, больное, наслаждающееся тело – основа основ. Казалось бы, что можно выжать из столь скудного мировоззрения? Как бы ни так, господа. Перед нами разверзается бездна. Бездна человеческой плоти. Тот, кто читал «Тропик рака» вспомнит, как в голове главного героя, оказавшегося перед «темной волосатой расселиной» (я думаю, всем понятно, о чем идет речь?), проносятся безумной чередой образы и мысли: «Один взгляд на эту темную незашитую рану — и голова моя раскалывается от образов и воспоминаний, которые мною же самим были так трудолюбиво собраны, зарегистрированы, записаны и разложены по папкам с ярлычками; все они выползают сейчас, как муравьи из расселины в тротуаре; земля перестает вращаться, время останавливается, причинная зависимость распадается, кишки вываливаются наружу с какой-то дикой стремительностью, и их неожиданное выпадение оставляет меня лицом к лицу с Абсолютом».
Все, что накоплено за тысячи лет опытом и разумом, для Миллера не имеет значения. Нравственные и религиозные устои – лишь стереотипы, из лап которых необходимо вырваться. Андрей Аствацатуров, исследователь творчества Генри Миллера пишет: « Его (Миллера) восприятие объективно и напоминает реакцию животного. Его тело стало мыслящим, а мысль телесной ». Насчет объективности я бы поспорил, а в остальном – правда. Сбрасывая оковы поведенческих догм, человек Миллера являет на свет свою животную сущность. Он возводит телесные реакции и переживания в ранг мыслительных процессов и познания мира.
Collapse )