September 13th, 2010

girl
  • iv_0lga

Торгни Линдгрен «Шмелиный мед» ("Джмелиний мед" в українському перекладі)

Я не нашла, что ответить на вопрос подруги, понравилась ли мне эта книга. Она из тех, что созданы не для того, чтобы нравится. Не знаю, для кого она может стать любимой, настольной. У таких книг другая цель: рассказать историю, так, что она изменит вас. Показать детали, которые  уже никогда не забудутся, останутся, как ожог на сетчатке. Так бывает: прочел книгу, и автора уже не вспомнишь, и было это в незапамятном году…а образы всплывают.
Образы ослепительные в своей беспощадности, надо сказать. Как кровь на снегу. Линдрген не деликатничает с человеческой натурой.
История двух братьев и их вражды, их женщины, их любви-нелюбви. Короткая, как библейская притча. Нет, не про Каина и Авеля, а, скорее, о двух Каинах. Или двух Авелях, как вам будет угодно. Или как будет угодно считать случайной гостье, которой выпала непростая миссия  открыть этот ящик Пандоры. Это история случайного снега. На юге все было бы по-другому, а так –холод, и короткое северное лето фоном. Солнце там тоже исполнит свою важную партию, и его будет чересчур много для этих людей. А еще слишком много сахара, и соли. До тошноты.
Книга о честности и лжи, как другим, так и себе. О том, что последний абзац повествования, пусть и противоречит всему, написанному ранее,  должен получиться честным.
«В этих краях невозможно сделать что-то такое , чтобы каяться» -говорит главная героиня. И никто действительно не кается. Оба брата просто до конца искупают свои грехи странной, жуткой епитимьей.
«Время гибкое, растягивается. У человека всегда есть столько времени, сколько ему необходимо» Они берут до конца это свое время…И ужасно им распоряжаются.
Книга о прошлом.  О том, что в конечном итоге, значение имеет не причина событий. Любое значительное событие остается в прошлом отправной точкой. Дальше- ход человека. Он решает, как с этим жить. Или как не жить. 

Основная
  • choo23

Чарльз Буковски «Фактотум / Factotum»

Чарльз Буковски «Фактотум / Factotum»

 

«Распыление таланта — то, что обычно случается с авторами на третьем десятке, когда не хватает опыта, не хватает мяса на костях. ВЫ НЕ МОЖЕТЕ ПИСАТЬ, НЕ ЖИВЯ, А ПИСАТЬ ВСЕ ВРЕМЯ — ЭТО НЕ ЖИЗНЬ. Кроме того, ни пьянство, ни скандалы не сделают вас писателями. Я с лихвою пил и бузил, поэтому поверьте, что полагать, будто эти дела сделают вас лучше как писателей — заблуждение и нездоровая романтика.» здесь и далее Чарльз Буковски

 

Здравствуйте.

 

Сегодня поговорим о непутевом ребенке американской литературы XX века – Чарльзе Буковски. Слово «непутевый» конечно отображает личность сего писателя весьма условно.  Гораздо точнее Буковски описывают слова – алкоголик, пьянь, сквернослов, распутник, и все-таки гений.

Человек с интересной судьбой, и одинаково успешный как в поэзии, так и в прозе. Пересказывать его биографию не хочу и не буду (google  вам в помощь), просто отмечу тот факт, что чуть меньше, чем полностью его романы автобиографичные. 

Пожалуй, начинать знакомство с этим автором я бы рекомендовал с Фактотума. Как по мне, этот роман наиболее точно отражает всю манеру и специфику повествования Буковски.

«Фактотум» ( если попытаться перевести - подручный, мастер на все руки) роман бесшабашный. В нем любимый (если не единственный) герой всего творчества писателя, Генри Чинарски занимается поиском работы.   Любой. Разной степени сложности и интересности.  Главным критерием является лишь, то, чтобы за нее худо-бедно платили. На остальное Чинарски похуй. Совершенно. Абсолютли.

 

Collapse )



  Alexandr CHoo
 specially for you




 

android girl

Друг моего врага, Филип Дик

Книга Филипа Дика, "Друг моего врага", написанная в 1970 г.,  (в оригинале: Our Friends from Frolix 8), известна также под названиями: "Наши друзья с Фроликс-8"; "Лучший друг бога".
Она открывает дверь в еще один из миров Филипа Дика.

Это очень странный, жуткий и завораживающий мир далекого будущего. Земля, 2135 год.  Мне почему-то увиделось, что внешне этот мир один в один такой, каким предстает в фильме "Бегущий по лезвию бритвы", снятому по мотивам произведения Филипа Дика "Мечтают ли андроиды об электроовцах".

Плохие новости -  обычные люди стали в этом мире чем-то вроде динозавров. Они устарели. Причем произошло это в одночасье, когда Председателем мирового Совета был избран первый Новый Человек, а через 8 лет его сменил Аномал.
Новые Люди и Аномалы, описанные Филипом Диком, на мой взгляд, олицетворяют две силы, находящиеся в вечном конфликте: логика и разум (Новые Люди с их невероятными мыслительными способностями) и чувства и эмоции (Аномалы, владеющие телекинетикой, телекинезом).

Collapse )

Тимур Кибиров. Лада, или Радость

Подзаголовок: «хроника верной и счастливой любви»
Что-то меня поволокло с «Большой книги» на полуфиналистов «Русского Букера». Это, называется, я на книжную выставку сходил! В итоге не удержался и прикупил. Впрочем, я об этом уже писал. В «Большой книге» Кибиров скорее всего просто не участвовал, его не было даже в полуфинале (хотя, конечно, есть вероятность, что и в длинный список не попал, но вряд ли). Это уже двенадцатый полуфиналист Букера этого года прочитанный мной. Всего там двадцать четыре произведения, так что это е просто дюжина, но ровно половина! В сети книги не видел, сам купил на выставке на бумаге. Книга очень небольшая: всего 190 страниц, хотя и плотным шрифтом, да и формат немногим больше карманного. Издательство «Время» (кстати, оно же выпустило «Андерманир штук» Клюева), тираж 3000 экземпляров

Сюжет у книги настолько прост, что можно сказать, что его совсем нет. Лада – заглавная героиня – это собачка. Ее завели во время летних каникул одной девочке. А потом каникулы кончились, в город собачку не взяли, оставили в деревне, у соседки Егоровны. Поначалу Лада пыталась убежать и найти прежнюю хозяйку, но потом они с Егоровной подружились и полюбили друг друга. И стали жить и поживать. Кроме них в деревне жили еще одна старуха (но помоложе Егровны) Сапрыкина, мужик-балабол, пьющий и беспутный, у него по беспутности даже спиться не получается, по имени Жорик, и Чебурек, лицо неизвестной национальности, по-русски совсем не говорящий, а говорящий на неизвестном языке. Вот и все герои, и на самом деле и все действие, потому что никакого драматизма особого нет. Кровавая сцена будет, но все кончится хорошо. И вообще приведу последние сроки романа:
«Ну а Александра Егоровна с Ладой, они-то будут жить долго и счастливо.
И вообще не умрут.
Никогда.
Потому что…
Потому что какое нам-то, в сущности, дело, что все обращается в прах, и над сколькими еще безднами предстоит нам с тобой бродить и верить, кочет и петь?
».

Collapse )

В качестве резюме: книга скорее понравилась, чем нет, несмотря ни на что. Герои замечательные (это безо всякого ехидства, честное слово). Причем ВСЕ – замечательные. И в смысле, что прекрасно выписаны, да и просто – несмотря на балбесничанье отдельных персонажей. И доброта и радость в книге ничем не замутненная (особенно если антикоммунизм и прочее ехидство автора проматывать). И в отступлениях замечательные моменты имеются, хотя бы рассуждения о том, что Каренина не бросилась бы под поезд, будь у нее собака (не смогла бы оставить любящее существо рядом со своим трупом)! В общем, участвовал бы роман в «Большой книге» - на первые места моего личного рейтинга не пробился бы, но встал бы относительно высоко.
И отвечая на вопрос автора самому себе, кто же будет все это читать? Наверное, тот, кто устал от засилья массовой литературы, и хочет прочитать что либо такое светлое и красивое. Да, и конечно же при условии, что у него есть высшее филологическое образование :)!
Основная
  • choo23

Не публикуйте это плиз.

У меня вопрос, как можно ( и можно ли вообще) перенести свои рецензии которые я написал специально для вашего сообщества, перенести себе в ЖЖ с коментариями? 
  • sibkron

Николай Нароков "Мнимые величины"

Не так давно читал его книгу «Могу!». Книга была не лишена смысла, но мне показалась тенденциозной, потому что ничего нового оттуда не извлек. Тема власти как некоей непреодолимой силы красной нитью лежит в его произведениях. В романе «Могу!» меня отпугнуло, несмотря на то что, я его прочитал, обилие слов - «колоссально», «грандиозно». А детективная история несмотря на замысел, показалась высосанной из пальца. Здесь же хорошо прорисованные портреты чекистов. Иногда чувствуется нелюбовь Нарокова к большевизму, но не так остро, как, скажем в романах Артема Веселого против буржуазного и помещичьего уклада. Ибо у Веселого только и слышны были лозунги о свержении капитализма. В романе же «Мнимые величины» чувствуется глубокий психологизм и влияние Достоевского. Ефрем Любкин – начальник отделения ЧК мучается тем, что совершает. Первые ростки сомнений возникает, когда знакомится с мелким чиновником Варискиным, попавшим к нему под следствие. Возникает мысль об иллюзорности бытия, потому что различить, где ложь, а где правда уже довольно сложно. После слов любви от Елены Дмитриевны и знакомства с Евлалией Григорьевной он окончательно убеждается в присутствии чего-то светлого и живого в жизни. Получается, что жизнь держится на тех, казалось бы, обычных вещах: любовь, дети, полюбоваться природой, поговорить с соседкой, - даже в условиях полного отсутствии чувства реальности и царствования власти ради власти. Довольно юмористичен был эпизод с рассказами Варискиным о банде "Черная рука".

ДЕВЯТЫЕ ВРАТА В НИКУДА



У меня было три причины прочесть эту книгу. Во-первых, ее автор – датчанин, а я, откровенно говоря, после Г.-Х. Андерсена и П.Хега и люблю и не знаю датских авторов. Во-вторых, действие романа по большей части разворачивается в моем любимом Копенгагене, и даже просто прочтение названий улиц доставляет удовольствие встречи с добрым знакомым. Ну и, в-третьих, передо мной был библиофильский триллер, что само по себе явление редкое и весьма заманчивое. Итак, я взялась за роман Миккеля Биркегора Collapse )
ю.р.
  • pracsed

Ион Крянгэ "Воспоминания детства"



Где-то среди молдавских гор у реки Нямцу расположилась деревня Хумулешть. Здесь живут ткачи; причем ткут и прядут и женщины, и мужчины. Местные мальчишки, прежде, чем нырнуть в реку, бросают туда камни, чтобы запереть черта на самом дне, ворожеи отводят град от полей, всадив топор в землю у порога, а если кому случается уронить шапку в болото, он только скажет: «Пусть останется на помин души родителей».
Долгими холодными вечерами, когда бабка Докия (зима) сбрасывает свои кожухи, парни и девушки собираются на посиделки, прядут и пересмеиваются, а ребятишки поют в церкви псалмы или вместе с батюшкой ходят по дворам и славят Христа. Среди этих мальчуганов не найдется большего сорванца, чем Никэ. Всюду он сует свой нос, шалит и бездельничает. Слыханное ли дело: ловить Часословом мух, воровать у родной тетки черешню, поймать удода и выдавать его на ярмарке за курицу, сбросить каменную глыбу прямо во двор приютившей его женщины и сбежать в горы.
Много хлопот принес Никэ своей матушке, пока не отправила она его в духовное училище. Но и там этот сорвиголова со своими друзьями-бурсаками день и ночь веселился, не особенно утруждая себя учебой. Да и как тут удержаться, если в корчме красавица-шинкарка, в соседней деревне дочь священника, по праздникам в селах устраиваются хороводы, а по ночам дед Бодрынгэ рассказывает сказки.
Ох, Никэ, когда же ты наконец угомонишься?
я с дочкой

Адъютант его превосходительства, продолжение

Кто-то может и помнит хит своего времени - фильм "Адъютант его превосходительства" про приключения разведчика Кольцова. Так вот, сейчас читаю продолжение этого романа (оказывается, один из авторов - Игорь Болгарин еще жив и продолжает писать). Теперь разведчик уже в составе ВЧК и сотрудничает с махновцами. Интересно описывает боевые события войну с бандами, которых в то время было довольно много. Гражданская война вообще неординарное событие и многие просто не могли понять за кого выступать. Многие просто верили обещаниям, но не многие были готовы стрелять в своих же. Тот же Кольцов имеет свое мнение на то, как должен быть устроен коммунизм. В общем, хватит про политику,  действия книги происходят на Украине - в родных и любимых мною краях Херсонщины и Крыма. Книга написана еще тем, не "пожелтевшим" языком, без пафоса боевиковых сцен, хотя тоже война. В общем, советую вспомнить фильм и наслаждаться продолжением.

Забыл название написать: "Расстрельное время"

Непал, Индия

Пять романов на всякий вкус

Расскажу вам, друзья, о пяти романах сразу. Прочитав два романа Аниты Мейсон, два романа Альберта Санчеса Пиньоля и один Луиса Сепульведы, решил поделиться впечатлением.

«Иллюзионист» Аниты Мейсон рассказывает о первых годах становления христианской Церкви, о первом еретике маге Симоне. На претензии к роману со стороны христиан автор может оправдаться тем, что речь идет о некой секте. А вопросов к роману много. Например, зачем надо было выставлять апостола Петра в смешном виде? Вообще, роман оставляет впечатление наброска, плана, будто автор очень торопился отнести рукопись в типографию и не доделал диалоги, описания и т.д. Или же нарочно сделал так, что только достаточно просвещенный читатель может из полунамеков понять, о чем речь и оценить прикол. Небрежность или лукавство?

Бывает, что автор сгоряча напишет чего-то «оригинальное», бежит публиковаться, производит шум, но по трезвому рассуждению его произведение оказывается достойно лишь помойки. Стыд и срам на весь мир. Причем, даже если автор, поменяв взгляды, раскается, обратно напечатанное слово уже не вернешь. Другая ситуация, когда автор сознательно идет на провокацию. Сознательно задевает чувства верующих и берет на себя роль демона. Как бы продает душу дьяволу за славу, гонорары или мстит католическим воспитателям за ущемленную свободу и нанесенные в юности обиды. «Иллюзионист» не исторический роман в классическом понимании, а скорее литературно-философский сугубо авторский прикол. Есть духовная пища, обогащающая душу, а есть яды. В малых дозах укрепляющие, в больших смертельные. В этом романе много чего намешано, можно и отравиться.

Collapse )
coon

Фантастический рассказ про гномов

Подскажите, пожалуйста, книгу.
Точнее рассказ, читала в детстве, в каком то сборнике фантастики.
Обрывки, которые помнятся - в одном городе была традиция,
выставлять гномам мисочку молока, и тогда те помогали людям.
Одна пара проигнорировала сие не веря в чудеса - и на них свалилась куча неприятностей,
после - опомнились, но "хорошие" гномы их покинули навсегда,
пришли другие, которые помогали им.. но совсем по другому, по-раздолбайски.
Так и жили со своими злобными гномиками.
Спасибо заранее!

ReWork – Бизнес без предрассудков. Рецензия

Rework  Рецензия

Долго ждал эту книгу как событие. Читал ее анонсы на сайте издательства МИФ, и когда дошел до совета «Идите спать!» чертыхнулся про себя «Ах, стервецы! Они знали!» и… Пошел спать в ожидании этого, чувствовалось, book-события.


И вот недавно руководитель Бизнес-инкубатора АНХ подарил экземпляр, еще приятно пахнущий типографской краской. С книгой ReWork знакомиться приятно: суперобложка, красивые иллюстрации-открытки и удобный для чтения крупный шрифт.

Перейдем к содержанию. Collapse )

И еще – авторы ценят и советуют ценить тех, кто умеет хорошо писать. «Это вновь входит в моду».
В целом так. Короче советую книгу! Читается, как и положено современной бизнес-литературе, за один присест.

  • pracsed

Юрий Коротков "Попса"



Юрия Короткова я знала как автора повести «Танцы на костях», по которой позже сняли фильм «Стиляги». Слышала о том, что «Попса» поставлена по его одноименному произведению, но информация в аннотации к данной книге стала для меня откровением. Collapse )

Йорг Циттлау "Странности эволюции 2. Ошибки и неудачи в природе"

Если случилось так, что в руки к Вам попала книга, обещающая стать интересной, но в последний момент Вы обнаруживаете, что это продолжение какого-то произведения, вторая часть не очень понятная без первой, то это, безусловно, обидно.

К счастью книга немецкого биолога и журналиста Йорга Циттлау – это вовсе не тот случай, что описан выше. И это даже не смотря на то, что названа книга в лучших традициях сиквела: «Странности эволюции 2. Ошибки и неудачи в природе».

Оказывается мир китов и тюленей выкрашен в зелёный, они вовсе не различают синий: тот цвет, который окружает их на протяжении всей жизни. Представляете?

Collapse )

А. Камю. Счастливая смерть.

 

«Счастливая смерть» - юношеский роман (повесть?) Камю (1913 - 1960), изданный только после его смерти.
Здесь только-только начинают оформляться его экзистенциальные мысли: об абсурде бытия, свободе выбора, отчаянии личности, неспособной найти связь с миром, и – исходя из этого о возможности или невозможности счастья.
Книга состоит из двух частей (не побоюсь рассказать содержание, потому что оно практически исчерпывается первой же главой, да и содержание – не главное в экзистенциализме): в первой части Мерсо убивает калеку Загрея и забирает себе его деньги; во второй он путешествует на эти деньги, женится, покупает дом, заболевает и умирает. Всё.
А теперь взглянем на всё это с той целью, которой задаётся автор, а именно: выяснить - что же есть счастье, возможно ли оно?

Collapse )

Филипп Рот и Генри Миллер — что спрятано в глубине

Я перечитывала в этом месяце Генри Миллера и Филипа Рота.

Это самые скандальные американские писатели, творчество которых местами граничит с порнографией. Но в них — реальная жизнь, любовь к человеку, слабому и грешному.
Книги Миллера были довольно длительное время запрещены в США. А Филипп Рот был даже вынужден уехать из Америки в Великобританию. Оба вели тяжкую, и далеко не безгрешную жизнь.
Как вам нравится такое емкое, зримое описание Люксембурга в повести «Тихие дни в Клиши»:
«Три дня мы ели и пили до отвала, услаждая слух игрой лучших германских оркестров, наблюдая за тихим, безоблачными бессобытийным существованием народа, не имеющего веской причины существовать и в определенном смысле не существующем вовсе, если не сводить существование к чисто физиологическому импульсу; так существуют овцы и коровы… все что их всерьез волновало — это с какой стороны намазан маслом их хлеб насущный. … В глубине моей души зрело неподдельное отвращение. Нет уж, лучше подыхать, как вошь, в Париже, нежели накапливать жирок здесь, на соках тучной земли, раздумывал я про себя.
«Вот что, давай двинем восвояси. Может, нам повезет, и Париж наградит нас добрым, старым триппером, — сказал я, заметив, что Карл впал в состоянии крайней апатии».
В этом весь Миллер — умная, философская зарисовка, и неожиданная парадоксальная разрядка в наш грешный, — куда уж грешнее, — мир.
Филипп Рот много пишет о своих ранних сексуальных проблемах, во всех неаппетитных подробностях. Кто-то увидит и будет смаковать в нем только это. А кто-то заметит, что это, вероятно, безнадежная попытка спастись от жестокости внешне благополучной жизни, в которой соседский мальчик шестнадцати лет — примерный сын своих заботливых родителей, вешается, а на грудь прикалывает предсмертную записку. В этой записке он никого ни в чем не винит, а просто сообщает: «Мама, звонила мисс Бернштейн, просила тебя взять с собой правила игры в трик-трак, когда ты пойдешь к ней вечером». Мальчик выполнил свой долг до конца. Больше ему не хотелось.

Мне было обидно слышать от своей доброй знакомой, которую я уважаю, отзыв типа «гадость, омерзительно, сплошная похабщина». Многие думают так. А ведь у Миллера и социальные темы послевоенной Германии просто-таки пронзительно выписаны. И его наблюдения о еврейской матери — безумно любящей, но подобной птице, которая хватает когтями за грудь, бьет крыльями и не дает дышать. Очень образно.

Собственно, эти писатели в защите не нуждаются. Но тем не менее, интересно, какие отзывы вы слышали о них?