March 1st, 2009

shadows

Кейт Мортон - Когда рассеется туман

В огромных имениях есть больше шкафов для скелетов, чем в маленьких хрущевках. И несмотря на это, все они уже забиты до отказа. Если вы живете в начале 20-го века в чопорной Англии и работаете служанкой в огромном поместье, то у вас вполне может быть больше возможностей, чем у ваших хозяев. Например, спрятать скелетик в шкафу. Вы же в тени, а они на виду. А если хранить его там почти 80 лет, то не факт, что он не обрастет плотью и не попытается выбраться на свет, особенно когда вам уже нечего терять, кроме памяти.

Жизнь часто становится полужизнью - недоощущения, недосказанности, полунамеки, полутона. И проходит как в тумане, замалчивая больше, чем рассказывая. А когда рассеется туман, станет очевидно, что кто-то выбирает молчание вместо полунамеков, а кто-то смерть вместо существования. Только этот кто-то не вы, за вас выбор сделала жизнь.

Старое британское имение, таинственная гибель известного поэта, две прелестные барышни и служанка, которая молчала много десятилетий, и только время заставило ее признаться. Время, которого у нее уже не было. Наверняка больше понравится женской аудитории, поскольку в чем-то женский роман, роман чувств, но, несомненно, глубокий и основательный.
  • Current Mood
    calm calm
Magritte

Джон Бэнвилл: ненадежный рассказчик

Вот уж, действительно, не знаешь, куда заведет тебя книга. Какая, казалось бы, связь между романом ирландского писателя Джона Бэнвиллом «Море», за который он получил в 2005 г. премию Букера, и трудами немецкого социолога Никласа Луманна, названного одним из самых выдающихся ученых-социологов 20 века? Уверена, что на этот вопрос практически никому  не удастся ответить сразу.

Как оказалось, более чем очевидная связь имеется, и заключается она в акцентировании Бэнвиллом повествовательного приема, соотносимого в исследованиях Луманна с идеей  о «наблюдении второго порядка» (дословно «Beobachtung zweiter Ordnung»). Согласно этой идее, любое чтение, рассматривание картин, фотографий или просмотр кинофильмов есть «наблюдение второго порядка», поскольку наблюдающий фиксирует не то, что ему преподносится, а  лишь то, что он фиксирует для себя как свое наблюдение. Отсюда очевидно, применительно к  роману, что и герой рассказывает не о том, что происходило с ним в действительности, а о том, что он зафиксировал в своем сознании как происходящее. Реалия  или фантазия, правда или ложь, то, что было, или то, что казалось, что происходит, - все лишается своих устоявшихся в сознании корней для определения их таковыми, давая тем возможность читателю заново переосмыслить природу этих категорий. Если кто читал великолепный (скажу честно: и самый мой любимый) роман «Назову себя Гантенбайн»  Макса Фриша, тот поймет сразу, о чем идёт речь, поскольку в том романе прием параллельных реалий/ирреалий  также имел место быть. Как и там, в романе «Море» главный герой Макс Морден является и рассказчиком, и действующим лицом, и наблюдателем, он  и создатель канвы сюжета,  но и демиург прошлого. Таким образом, наше прошлое есть всего лишь она из призм нашего восприятия.  И открываться нам оно может той гранью, какую мы сможет воссоздать в своей памяти.

Поясняя в одном из интервью концепцию "ненадежного рассказчика", которым оказывается и Морден, Джон Бэнвилл подчеркивал, что, по его мнению, "природа нашего мира и того, что мы называем правдой, так неопределенны, что ненадежность остается единственным надежным способом рассказать историю для книги".

Collapse )

О моде.

       Вот и наступила календарная весна, хочется изменить что-то в себе и, конечно же, на себе. Проще говоря, хочется спросить у вас, дорогие сообщники, что вы можете посоветовать из книг о моде? Именно книг. Можно об истории моды, о связи психологии и социологии с модой...

Заранее спасибо! :)

shadows

Банана Есимото - Цугуми

Вы живете в идеальном мире, где плохое и хорошее четко разграничено? Или в неплохом, где границы между этими понятиями размыты, но все таки существуют? Вам повезло - в нашем мире, судя по всему, этих границ нет вообще. У нас красота может ранить, ум использоваться во зло, а милосердие обернуться против нас самих. Ведь, как известно, только добро может стать хуже, зло существует в чистом виде. Особенно страшно, когда хочешь пожалеть или полюбить, а в ответ получаешь по голове. Ведь жалостью и любовью легко манипулировать, ибо всегда легче подлечить, чем вылечить.

Единственный выход - попытаться найти в страшном - красивое, в злом - доброе, и кто знает, может второе придет на смену первому, ведь друг без друга они не существуют, и без трусливых мы бы не знали о храбрых. Но даже у толерантных японцев это не всегда получается, что уж говорить о нас.

Цугуми - красивая, неординарная девочка со слабым здоровьем, которую всем хочется пожалеть - именно этим она и страшна. Глядя на нее, ты никогда не подумаешь о том, кто перед тобой на самом деле. Впрочем, это относится, увы, ко многим. Неоднозначный роман от автора, известного замечательными "короткометражками", и время от времени выдающего на-гора большие куски, вроде этого.
  • Current Mood
    enthralled
мила

Тина Юбель "Это я, Дюк"


От скуки можно многое придумать многое.
От скуки можно написать скучнейшую в мире книгу с двумя героями, которые всю книгу скучают.
От скуки можно прочитать эту книгу и подумать о том, как не правы критики, восхваляюшие талант Тины Юбель.
"Это я, Дюк, говорит Дюк мне в трубку, я могу зайти, мне скучно. А от скуки бывает рак, это же всем известно. Мы обязательно должны что-нибудь поделать, во что-нибудь поиграть, пожалуйста."
"Мир-театр". Игры двух героев в жизнь напоминает театр абсурда.
Книга, для тех кто скучает Тина Юбель "Это я, Дюк".

Рекомендую к прочтению



От издателя:

Книга, которую невозможно забыть. Мужик с топором - герой российских улиц и защитник семьи. Простой человек, способный преподать недругу урок мужества - достойного мужского поведения в смертельно опасной ситуации.
Известный мастер рукопашного боя, основатель стиля каратэ кои но такинобори рю Андрей Кочергин наглядно объясняет всем желающим, как надо себя вести, чтобы оставаться мужчиной.

Эта книга - напоминание о мужском долге перед собой и своей страной! Современные мужчины порой старательно пытаются забыть, что они, прежде всего, воины! Мужчины, за спинами которых их дом, их семьи, их Родина. Забыв об этом, мы потеряем и первое, и второе, и третье, не удержав оружие в трясущихся от страха руках. Слабость привлекательна и порочна… Она злейший из пороков!
Слабости нет и не может быть у мужика с топором в руках!
От меня:
Как минимум заслуживает внимания точка зрения и философия представленная в книге - остальное на любителя.
Литература! тебя не шокирует жизнь?

О Набокове

Когда читаю Набокова, чувствую себя плебеем. Плебеем, над которым тонко издевается аристократ. Злюсь. Хочу забросить книгу подальше, даже порвать ее - но дочитываю. Прочитав, даю себе слово никогда в жизни не браться за Набокова. И тут же начинаю читать другое его произведение.
Ненавижу его! Особенно после "Камеры обскура". Ненавижу и читаю. Страдаю, злюсь, но читаю.
Я одна такая?
Или, может быть, какой-нибудь другой писатель вызывает у вас подобные противоречивые чувства?

В.И. Новодворская «По ту сторону отчаяния»

По сути «По ту сторону отчаяния» - это автобиография. Хотя эта книга может показаться гораздо шире, чем просто история жизни одного человека . Это отрезок истории поданный через призму конкретного человека, фрагмент времени со своими реалиями. Множество имен, которые часто даже упоминаются вскользь в этой работе, - отдельные истории. Стоит только несколько раз щелкнуть мышью, и сразу всплывает огромное количество подробностей. Порой жутковатых.

Collapse )

shushkin

разыскивается очередная сага о драконах

запомнившиеся факты:
* умеющие контактировать с драконами считаются элитой
* тот кто присутствует при вылупление драконенка из яйца получает ментальную связь с драконом (общение и повелевание)
* в начале книги упоминается маленькая девочка которая прячется от людей прилетевших на драконах.
спасибо :)

русский стиль

учусь на отделении иностранных языков и настолько углубилась в англецкий, что русские предложения уже выходят совсем не русскими, несвойственный порядок слов, судорожное щелканье пальцами на кажом шагу в попытках припомнить нужное русское слово и не заменить его чем-то вроде "чилдренята". что бы такого прочесть, чтобы реабилитироваться и поправить стилистику? и стоит ли читать хорошие переводы в этих целях?