May 10th, 2008

Улыбочку

Белов Роман. «Хирург и она. Матрица?».

Белов Роман. «Хирург и она. Матрица?».

Очень своеобразная книга. Я так и не поняла – может ли на самом деле так быть. Можно ли в реальности так сделать операцию?

Есть смысл описать сюжет: гениальный, но запойный хирург встречает женщин, делает из них идеал красоты, а потом они уходят от него. Но не все так просто. Он встречает женщину, делает ей операцию за операцией прямо на столе, превращает ее в совершенство и… дальше я не могу понять – ее зомбируют? похищают? что вообще происходит дальше?

Этим книга меня и заинтриговала.

 

Язык книги легкий и четкий, читается 1 вечер.

 

9/10

 

http://lib.aldebaran.ru/author/belov_ruslan/belov_ruslan_hirurg_i_ona_matrica/

роза

Откровения Наследницы....

Статья взята на коммьюнити transtrance_art Автор heaven_spire

Я люблю Красоту во всех ее проявлениях. В наше время женщина часто забывает свое истинное назначение в мире – нести Красоту и Гармонию в мир. Как чувствовать себя Той, кто реально может изменить мир в сторону гармонии , реально меняет его? В книге Пэрис бросается в глаза именно язык, которым эти методы преподнесены. Язык книги – алхимическое смирение перед Истиной: Пэрис пишет, - будучи куда «круче» и круче очень и очень многих современных избалованных дочек и сыночков, - совершенно скромным и простым языком. Для нее "выпендриться" не главное в жизни :). Пишет не о том, из-за чего часто невыносимо читать современные журналы мод: ведь сразу видно, что статьи пишут голодные журналисты, измученные завистью, - они как бы пускают пыль в глаза, чтобы не остаться в своих саморазрушающих чувствах в одиночестве. Она спокойно пишет о том, что жизнь коротка, а потому нужно получить от нее максимальное наслаждение. Наслаждение не только от хорошей качественной одежды и косметики (это как раз в книге не основное, а само собой разумеющееся). Наслаждение жизнью в том , чтобы поддержать имя и достижения своих творческих предков, самой быть не хуже их . Потому что цель книги – это донести не высокомерное пренебрежение к окружающим, а показать стиль жизни, что можно жить иначе.

«Родословная, как и многое другое, прежде всего плод Вашего сознания. Ты вправе переписать свою родословную. Главное тут высвободить свое внутреннее «Я» и создать свой неповторимый образ». Не прожигать жизнь, не опускаться до конкурентной борьбы, а сотворить нечто, действительно, необычное и весомое, как сделали ее предки, - в этом задача человека. Многие люди, выходящие к завтраку после семейного скандала в драном халате, опускающиеся перед мужем и детьми, вряд ли поймут Пэрис.

Collapse )
пещерка

Ремизов - русский Маркес

Книжечку Ремизова "Узлы и закруты" (всего-то три небольшие повести - "В плену", "Часы" и "Крестовые сестры") я купила лет в восемнадцать. Причем купила почему-то в задрипанном книжном магазине где-то в Новгородской области, на какой-то не помню-какой станции, проездом в деревню на весеннюю посадку картошки.
Читала тогда его все лето и осень. Цепануло что-то, сильно цепануло. Может быть, это: "Не для чего, - не для чего, а будет жить! - только видеть, только слышать, только чувствовать". Может, ответ (курсив мой) пыталась у него найти на экзистенциальную лабуду, тогда меня занимавшую. Не нашла, конечно, ничего, забросила подальше.
Но я не об этом. Раньше я частенько думала - почему в русской литературе нет ничего, напоминающего латиносов? Нет вот этого безумного смешения легенды, сказки и реальности? Ведь русская действительность - очень благодатная почва для такой литературы. Огромная разнородная территория, смешение разных наций и говоров, куча местных диких суеверий, принимаемых за чистую реальность и истинную веру, при этом - ощущение своей единости и особости, православности и русскости. Но нет, не видела почему-то ничего подобного. Казалось, что русская литература считала себя призванной решать вечные вопросы, сеять разумное, доброе, вечное, и даже в вечном споре между славянофилами и западниками ей было не до говоров и суеверий. А если и было, то лишь в нарочитом искусственом варианте а-ля "рассупонил старик Ромуальдыч свою портянку и ажно заколдобился".
Несколько недель назад, протянув руку и наугад взяв книжку с полки, опять наткнулась на Ремизова. И перечитала после десятилетнего перерыва.
И вдруг почувствовала - вот же, вот же оно, что я искала в нашей литературе и почему-то не видела. Беспокойный старик, снявший угол за полтора рубля с огурцами, Акумовна, благословленная отцом коло белого света катучим камнем, которая на том свете была - на том свете ходила она по мукам, и водили ее по хоромине, все ей показывали! И барышни с Гороховой и Загородного, и шикарные молодые люди из бань, прислуживающие петербургским дамам до востребования, и чудотворная Верочка, к которой по ночам шатуны лезут. И сам Маракулин, уволенный банковский клерк, которому во сне пришла курносая, зубатая, голая и сказала, что срок ему - суббота. А когда прошла суббота, пробило двенадцать, настало воскресенье - и почувствовал он, как медленно подступает, накатывается та самая прежняя необыкновенная его потерянная радость: ключом выбивала откуда-то из-под сердца эта его необыкновенная радость горячая... и вот перепорхнуло сердце, переполнилось, вытянуло его всего - и, не удержавшись, с подушкой полетел с подоконника вниз...
И услышал Маркулин, как кто-то, точно в трубочку из глубокого колодца, сказал со дна колодца:
- Времена созрели, исполнилась чаша греха, наказание близко. Вот как у нас, лежи! Одним стало меньше, больше не встанешь. Болотная голова.
Достоевщина? Нет, это другое, это не достоевщина. Хотя Ремизов тоже бывший каторжник ;-) Здесь нет слезинок ребенка, нет идиотов-христосиков, нет инфернальных женщин со сложной судьбой и изгибами. Здесь нет морали, нет поиска добра и зла, нет исканий, нет поиска правды. Есть только принятие какой-то странной и страшной жизненной правды. Это не достоевщина, это непонятная страшная сказка с непонятным страшным концом, что-то из детства, где "не ложися на краю, придет серенький волчок и ухватит за бочок", где "некрещеные дети на осинах висят". Это жестокая сказка с какой-то своей непостижимой внутренней верой и правдой, которая принимается как должное, как реальность.
Напоследок - еще одна цитата.

Если бы люди вглядывались и замечали друг друга, если бы даны были всем глаза, то лишь одно железное сердце вынесло бы весь ужас и загадочность жизни. А может быть, совсем и не надо было бы железного сердца, если бы люди замечали друг друга.

ЭРИК ОРСЕННА. ДОЛГОЕ БЕЗУМИЕ

У вас есть любовник(и) и отношения с ними как-то наскуЦЫвают своей первобытной прямолинейностью? Наблюдается несоответствие между вашими ожиданиями и узостью любовной кроватки? Тогда эта книжица для вас. В менее постельном смысле книга о полноте и безграничности мира, который мы вибираем сделать своим. О цене .которую мы платим. О смелости, скоторой мы вышагиваем по своей судьбе. И концовочка подстать героям. Очччень советую. Расширяющая книжка.  
  • ay_su

"Сладкая Соль Босфора", Эльчин Сафарли


По-моему, читателям сегодня не хватает именно душевной литературы. Вот, чтобы читая книгу, отмечал про себя: «Да-да, и у меня так же…». Борхес говорил, что «книга, создающая диалог между двумя сердцами (читателя и писателя), и есть душевная литература». Недавно рассматривала полки «Москвы» на Тверской, искала именно душевную книгу. И мне повезло.

Консультант посоветовала «Сладкую соль Босфора» Эльчина Сафарли. Я пролистала и поняла, что это то самое, что я ищу.

Любителям динамичного сюжета, «Сладкую соль Босфора» советую не покупать. Этот роман турецкого автора понравится ценителям атмосферности. Я читала книгу Сафарли, проникаясь каждым написанным словом. И Стамбул, который называют главным достоинство книги, служит всего лишь фоном.

В «Сладкой соли Босфора» главной является история «одного человека». Главный герой уезжает из родного города в поисках настоящего счастья. И находит его…
«Сладкая соль Босфора» - настоящая весенняя книга. Одухотворяющая, лучезарная и такая настоящая…

Кто успел прочесть, поделитесь мнениями.

НА ПУТИ ЖИЗНИ (С)

Жизнь человеку только раз дается
У всех такая разная судьба:
Одним - большой простор, большое солнце,
Другим -крутая узкая тропа .
Есть люди ,что творят свои дороги,
Не ищут ,построенный другим,
И борьются у смерти на пороге!
Их жизнь -как след .Их жизнь _как вечный гимн!
А есть и те , кто легкой жизни ищет,
Кто , разменяв на медяки года,
копя гроши ,всегда живет ,как нищий ,
а умерев , уходитбез следа
Нет на земле несчатнее такого,
кто сердцем пуст, кто не нашел друзей,
Кто самого не понял дорого:
Быть человеком , быть среди людей!

Манфрей Винчи
я здесь

Смешная вешалка (окончание)

Продолжаю публикацию произведений Владимира Мотрича. Печатается по последнему сборнику рукописи. Начало публикаций можно посмотреть от  05.03.08 г.

Эпилог

Как из памяти вытравить жало
обезумевших душных ночей?
Всё вокзалы,
вокзалы,
вокзалы на нейтральной,
на самой ничьей.

На полосках моих отчуждений,
где земля
и уже не земля ...
Я и сам до смешного ничейный
перепоем и ночью измят.

И измаян,
а маятник медлит ...
Ни билета,
ни поезда нет.
На перронах житейских комедий
я играю дурацкий сюжет.

Всё вокзалы,
вокзалы,
вокзалы.
Суета,
суета,
суета ...
Ты легко и умело бежала -
не оставила даже следа.

(no subject)

 Все, конечно, читали "Парфюмера" Зюскинда. Хорошая книга о сущности прекрасного. У меня только один вопрос в связи с этим романом возник. Кто-нибудь хотел бы, чтобы его любили также, как Гренуя, после того как он надушился своими последними супердухами? Я бы, наверное, хотел.

Салман Рушди «Клоун Шалимар».

Рушди как перезрелый экзотический фрукт, сок которого превращается в пьянящий нектар. Он окрашивает реальность , становящуюся похожей на зыбучий песок, в далекие и яркие краски. Городское небо залито заревом затерянной за тысячу дорог и лесов страны. Убийство Макса Офалса, бывшего раньше послом в Индии, всколыхнуло начавшие забываться и посыпанные пеплом потерь, моменты его жизни, переплетенной с миром этой удивительной страны и далекого Кашмира. Его прошлое, любовь, внебрачная дочь, рискованные высказывания и участие в Сопротивлении. Клоун Шалимар-водитель Офалса, ставший тенью своего хозяина и таящий дикую ненависть, холодную и придающую выносливость. Шалимар, загадочный и загнанный в ловушку своей мести, красивый и гибкий словно пантера. Судьбы людей, великолепный исторический материал, волшебный язык повествования. Шелковые узоры мировой истории, вымокшие в человеческой крови. Напоминание ошибок и возможности их повторения. Религия и скептицизм. Эта книга читается с упоением и каким-то чувством благоговения, какое возникает только от прочтения увлекательной, живой литературы.