February 16th, 2008

О ветеринарах

Только не смейтесь: по работе надо найти художественную книгу о ветеринарах. Если такое существует в природе, подскажите, пожалуйста. Очень надо
me-future

масодов

Други, что-то в последнее время захотелось какой-нибудь жести.  Недавний пост в этом сообществе напомнил мне о таком явлении, как Илья Масодов. Никто случаем не знает, можно ли еще КУПИТЬ его книги, и где?
carsa
  • carrrsa

Тем, кто потерял радость в жизни

Сейчас для одного хорошего человека искала средство от депрессии и вспомнила про чудесные книжки. Элинор Портер, "Поллианна" и "Поллианна вырастает". Книжки старые, написаны в 1913 и 1915 годах. Книжки детские. Но в детстве я их не встречала, наверное, в СССР их не издавали. Книжки прорелигиозные, а я к религии отношусь крайне неодобрительно, но это не мешает. Про девочку-сиротку, которая попадает к жесткой тетке. Но все же небанально и не слезоточиво. Наоборот, если жизнь видится в черном цвете, настроение ниже нуля и требуется что-то доброе и светлое, эта книга поможет. Действительно, помогает, только не застопоритесь на первых страницах от бесконечного повторения слова "радость". Проверено на людях.
Скачать можно тут: http://lib.aldebaran.ru/author/porter_yelinor/, в магазинах продается несколько разных изданий.
Май 2015

Николай Новгородов. Сибирское Лукоморье

 
Прочитала книгу томского ученого Николая Новгородова «Сибирское Лукоморье».
Автор уверен, что Лукоморье находится на Крайнем Севере Сибири, здесь же -
прародина цивилизованного человечества, а конкретнее – на полуострове Таймыр. Эту гипотезу Николай Новгородов доказывает в первой части книги.
Вторая часть книги посвящена Сибирской Руси новой эры и ее исчезнувшим городам: Камбалыке и Грустине, на месте которой в 1604 г. основан Томск. Эта часть книги мне показалась наиболее интересной. Особенно когда автор приводит факты существования подземной части Грустины, куда время от времени проваливается современный Томск и где можно найти клады Франграсиона, Александра Македонского, Колчака.
Новгородов опирается на множество источников: арийские Веды и Авесту, шумеро-вавилонские тексты, Геродота, Рашидаддина, Снорри Стурлуссона и многих других средневековых авторов исследования ученых 18, 19 и 20 вв. (список литературы в конце книги состоит из 180 названий).
Источники дополняются лингвистическими и картографическими открытиями автора.
Читая книгу, порой ловила себя на мысли, что читаю фэнтэзи (а я не люблю этот жанр). Но прочитала на одном дыхании. Эта книга – цепь взаимосвязанных гипотез. И пусть многие из них спорны, но в целом эта книга – живое и чрезвычайно увлекательное путешествие во времени.
  • lilitik

От Нью-Йорка до Луны

19,83 КБ

Самый американский из русских писателей Сергей Довлатов давно уже обрел в нашей стране свое пространство. Когда-то это казалось невозможным, ну а теперь ни одного книжного, да и ни одного московского дома нельзя представить без довлатовского сборника сочинений. Мир не стоит на месте. Самому же писателю не привелось узнать российской славы. Он уехал в Америку, в Нью-Йорк, и остался там, навсегда. Гиганту с темным, по-восточному грустным, взглядом больше подходил город, похожий на набитый пассажирами корабль, где был угол и для него. Как пишет он сам, Нью-Йорк его последний, решающий, окончательный пункт назначения (до этого были еще Ленинград и Таллин), отсюда можно бежать только на Луну. Интересно, как подобная космичность сумела уместиться в такой сдержанный формат, как колонки редактора.

Collapse )
paranoid park

Города!

Добрый день!
Не могли бы вы подсказать книги (не художественные), где более менее подробно дается история возникновения и существования кварталов больших городов мира. (ну что-то типа Бронкса, Гарлема, Сити и т.д.)
демиург
  • demiurh

И снова о любви, но исключительно для мужчин

Друзья,
Я предварительно пролистал найденные Яндексом в сообществе темы с запросами книг о любви, но подходящей не нашёл.
Меня интересует книга о любви глазами мужчины, обязательно написанная мужчиной и ведущая повествование от мужского лица. Раскрытие любви должно происходить без излишней романтизации, с упором на поступки героя. И ещё, нужно что бы герой не был рафинированным интеллектуалом, был не сентиментален и хорошо знал жизнь, как её знает одинокий мужчина. И что бы не был при этом мудаком. Другими словами, поступки в первую очередь, психологизм желателен, но красивый своей простотой.
И, пожалуй, по возможности должен быть показан внутренний конфликт любви к женщине и мужского эгоизма, с детскими обидами и попытками их скрыть. Лучше с открытой концовкой, без жертвенной несчастной любви.
Из почти подходящих назову сам "Три товарища" Ремарка и "Рубашку" Е.Гришковца. "Три товарища", правда, не по всем параметрам подходят. Ремарк, на мой взгляд, слишком романтизирует саму действительность, любовь же у него описана замечательно. Может, обратиться к творчеству Хемингуэя? Как, посоветуете что-нибудь?
блэкхаус
  • apraxis

Вспомнить все (с)

Друзья--сообщники!
Помогите вспомнить книгу... Стивена Кинга. Из цикла про писателей))
Типа писатель писал под псевдонимом, а потом ему надоело. И он решил этого "писателя" похоронить. Поставил ему памятник на пустом месте, пофоткался. Дальше из этой виртуальной могилы вылез материализованный чувак-инфернал, и давай доставать семью этого писателя: мол, пиши снова под моим именем. И грозил расправой. И перед его появлением к настоящему писателю прилетали стаи воробьве, т.к. они посланцы загробного мира.

Не себе ищу, другу хочу послать.

"Ночевала тучка золотая"

Повесть Анатолия Приставкина “Ночевала тучка золотая” – это война, ее уголок, без атак и сражений, без победы. Приставкин пишет о детдомовцах-близнецах Кузьменышах, отправленных из Подмосковья в благодатный край – на Кавказ, где сказочно тепло и сытно.
Голод, испепеляя человеческую душу, превращает ее в пустыню, сводит все мысли, желания, надежду к одному – наесться досыта.
Души в повести детские; судьбы, искореженные войной, сиротством, уголовщиной. Беспризорный, беспощадный мир. Со своими законами и своим беззаконием. Но и за детдомовской оградой справедливость, правда не в чести. Не только малолетние герои, но и я, читая книгу в наши дни испытывала оторопь.
На Кавказе, куда привезли бездомных сирот, дозревают поля, зреют яблоки, цветут цветы. И нигде ни одного человека. Тишина, пустота усиливают недоумение, страх. Когда выстрелы и взрывы нарушат тишину, до ясности будет еще дальше.
Никому не нужными летят через войну, через разрушенные земли Кузьменыши. Они умеют выйти если и не сухими из воды, то хотя бы не пойти ко дну. Родство по крови переходит у них в редкое, никем, кроме их учительницы Регины Петровны, не замечаемое родство душ. Да и сердечная Регина Петровна – вдова летчика с двумя малышами, тоже занесенная в край, откуда изгнаны чеченцы, – понимает братьев не до конца. Они, почитая среди взрослых одну лишь ее, готовые ради нее пойти на что угодно, даже поделиться своей продуктовой заначкой, до конца не откроются и ей. Близнецы откровенны только друг с другом, они внутренне единены, а это реально тогда лишь, когда один настолько дополняет второго, что они по отдельности не мыслят, не представляют собственного существования.
Сцену, написанную в книге, не часто встретишь в нашей литературе. Колька своими глазами увидел, какую смерть принял его брат. От увиденного помутился рассудок. Но поддастся ли мальчик озверению или сохранит сердце? Жестокость нередко рождает ответное чувство мести. Где конец зловещей цепи, в которой всегда кто-то заинтересован, кому-то она на руку?..
Когда Колька везет на тележке мертвого брата с выклеванными вороной глазами, он будто действует по инерции, осуществляет прежний их план удрать с гибельного Кавказа. Сашка для него еще живой, и он хочет, чтоб тому было удобно в тележке, а в собачнике (железном ящике под вагоном) не было холодно. Но его сбивчивые мысли уже шли дальше, он пытался понять, почему убили Сашку. Недоумения в этих мыслях больше, чем гнева. Колька вел воображаемый разговор с убийцей: “Слушай, чечен, ослеп ты, что ли? Разве ты не видишь, что мы с Сашкой против тебя не воюем! Нас привезли сюда жить, так мы и живем, а потом мы бы уехали все равно. А теперь, видишь, как выходит… Ты нас с Сашкой убил, а солдаты пришли, тебя убьют… А ты солдат станешь убивать, и все: и они, и ты – погибнете. А разве не лучше было бы, чтобы ты жил, и они жили, и мы с Сашкой тоже чтоб жили?..”
Колька, привыкший быть для Сашки руками и ногами, на извечный вопрос: “Ты Колька или Сашка?” теперь отвечает: “Я – обои”. В новом своем качестве Колька странен. А как остаться не странным, пережив такое?
Колька находит себе “Нового Сашку”, которого зовут Алхузур – это чеченец, сверстник Кольки. Такой же одинокий, неприкаянный сын войны, лишившей его крыши и родителей. В придачу – права жить в родимом краю.
Они сближаются, когда заболевший Колька в бреду зовет брата, а над ним склоняется Алхузур, на ломаном русском языке уверяя: я и есть “Саск”. Заботой, смелостью, готовностью делить любые опасности Алхузур доказывает свое право стать Колькиным братом, называться Кузьменышем.
Я считаю, что такие книги читать нужно, хотя и очень тяжело, тяжело до слез...
Литература! тебя не шокирует жизнь?
  • ninasmi

Изящные диалоги

Полчаса пытаюсь написать сообщение в это сообщество - и не могу. Очень хочу прочесть какую-нибудь книгу, но не могу ее описать. Могу лишь примерно описать атмосферу.
Подскажите, пожалуйста, книгу со множеством изящных диалогов.
Изысканная речь дворян, длинные комплименты и изящные поклоны... Или же цветистая речь людей восточных, особенно при обращении к своему шаху-султану-императору...

Пожалуйста, посоветуйте что-нибудь такое!

Личный список

Здравствуйте, сообщники:)

Помогите мне, пожалуйста, составить свой личный read-list на ближайшее время. Под катом привожу список прочитанного мной за последние полгода. Уж простите мне моё литературное невежество... Система образования, знаете, крадёт у вас катастрофически много времени, которое могло найти и лучшее применение.

Привожу также список тех книг, которые я собираюсь прочитать. Буду благодарен за советы, что из этого списка убрать, а что в него включить.

Самые базовые книги типа Жуля Верна и Конан Дойля я читал. Их прошу не предлагать. Интересует иностранная литература. Русскую я люблю и читаю, но она у меня в другом списке.

Буду рад, если мои списки прочитанного и присмотренного будут полезны и вам в выборе литературы.

Collapse )