August 20th, 2007

Нужен совет

многоуважаемые жж-исты, посоветуйте, что дать почитать 15-летней девочке неуверенной в себе для обретения этой самой уверенности и повышении самооценки.
этот человечек вроде внешне красотой и умом не обделен, но чуствует себя безумно одиноко и неуверенно в этом мире. помогите, очень прошу...

Гарпер Ли

Уважаемые, скажите, пожалуйста, у Гарпер Ли есть еще произведения, кроме «Убить пересмешника»?а то я искала и ничего не нашла…
горжусь собой

ЖУРНАЛИСТ, ЧИТАТЕЛЬ И ПИСАТЕЛЬ

Писатель
О чем писать? Восток и юг
Давно описаны, воспеты;
Толпу ругали все поэты,
Хвалили все семейный круг;
Все в небеса неслись душою,
Взывали, с тайною мольбою,
К N. N., неведомой красе, -
И страшно надоели все.


Читатель
Зато какое наслажденье,
Как отдыхает ум и грудь,
Коль попадется как-нибудь
Живое, свежее творенье!
Вот, например, приятель мой:
Владеет он изрядным слогом,
И чувств и мыслей полнотой
Он одарен всевышним богом.


Журналист
Все это так, да вот беда:
Не пишут эти господа.

Что б почитать? :)

Что бы вы посоветовали почитать из книг, изданных в последнее время? Что вы сейчас читаете или недавно прочитали и находитесь под впечатлением от прочитанного?
Заранее спасибо :)

Франсуаза Саган "Рыбья кровь"

Только что закончила читать роман Франсуазы Саган "Рыбья кровь". Это роман, написанный женщиной, роман о любви и ненависти- и о войне- и это сочетание дает тот коктейль, котовый не может оставить равнодушным читателя. Не думайте, что это "женский" роман, нет: хотя все действо стоится вокруг отношений персонажей, их взглядов и убеждений, но даже мужчинам станет не по себе от прямолинейной жестокости.

"Творческий, тонко чувствующий человек сталкивается с машиной нечеловеческого бытия в оккупированной Франции, пытается быть порядочным, ищет выход, не находит и в итоге принимает единственно правильные, пусть и страшные решения - в поразительном романе современного классика Франсуазы Саган "Рыбья кровь".

Роман воспитания?

Вроде бы именно так называется интересующая меня категория книг.
Думаю, лучше всего будет привести примеры:
"Что делать" (что касается Рахметова, Лопухова, Кирсанова)
"Мартин Иден"
"Приключения майора Звягина" (что касается воспитуемых Звягина)
и т.д.
В общем, хочется почитать про людей, целеустремленно работающих над собой - в степени большей, чем банальное получение образования/посещение спортивных секций. Что посоветуете?
  • Current Music
    Iron Maiden - Die With Your Boots On

Марк Леви "Семь дней творения"

В центре повествования – отношения между ангелом и демоном. Можно подумать, что эта тема исчерпана сценаристами «The charmed» в сюжетной линии Фиби – Коул. Но автору удалось отойти от условностей и не повториться. Марком Леви положил в основу сюжета пари между Богом и сатаной, но несмотря на это рассказанная им история выглядит очень реалистично и жизненно. К тому же очень оригинально, чего нельзя достичь, не имея гибкий ум. Написано с юмором и читается очень легко. Например, у главного героя-демона любимая книга – Библия, но он об этом не догадывается, пока ему не попадается такая же книга в номере отеля и он с возмущением говорит Софии: “Этот Шеридан полностью передул книгу Хилтона! Я знаю, о чем говорю, это мой любимый писатель”. Трогательно, не правда ли? А когда Богу надоело, чтобы его называли Господин и он берет себе имя Хьюстон, смешно звучит фраза из уст Михаила: Хьюстон, у нас проблема.

К тому же, Марк Леви приготовил для читателей неожиданный финал.

Все мы наверно ждем такую любовь, которая вспыхивает между Софи и Лукасом. «Одно существо не совершенно, но нет на свете ничего более совершенного, чем два любящих друг друга существа». Книга в целом оставляет очень приятное впечатление.

шпана

«АНТИ-АХМАТОВА» как завершение русского постмодернизма

Разобщенность и безадресность русского постмодернизма наконец преодолены. Стилистически безупречные «Москва – Петушки», «Школа для дураков» и «Голубое сало» завершились в композиционно несовершенной и стилистически непрописанной «Анти-Ахматовой». Фикшн также, наконец, сдался нон-фикшну. Появилась книга, которая одинаково хорошо продается в магазинах интеллектуальной литературы и супермаркетах.

Русский постмодернизм не «пересекал границы» и не «засыпал рвы», к чему призывал один из первых западных постмодернистских манифестов Лесли Фидлера в «Плейбое» 1969 года (симптоматично совпадение с годом создания «Москвы – Петушков» Венедикта Ерофеева). Он, скорее, укреплял границы и углублял рвы между интеллектуальным и массовым. Первое советское издание «Москвы – Петушков», вышедшее огромным тиражом во второй половине 80-х годов прошлого века, по еще действующей тогда книготорговой системе разошлось во все концы родины. Московская часть тиража была распродана за считанные недели. Часть тиража, дошедшую до Читы, автор этой рецензии видел нераспроданной спустя пять лет после издания.

Венедикт Ерофеев, любовно оглаживавший всех, даже самых маленьких литераторов Серебряного века, ненавидел Ахматову («Терпеть не могу эту бабу!»). И дело вовсе не в том, что Ахматова была одним из последних поэтов классической традиции. (Мандельштам более классичен, чем Ахматова.) Дело – в придуманности жизни и литературы. И литература для Ерофеева – больше чем жизнь.

Сказать, что «Анти-Ахматова» стала абсолютной новостью, невозможно: о многом мы читали у Александра Жолковского. Но Жолковский, склонный к беллетристике, в целом все же остался в рамках научного дискурса и рассказал об этом только «своим». Заслуга же Тамары Катаевой не только в том, что она рассказала об Ахматовой «всем». Огромный и лживый ахматовский миф, созданный по классическим канонам, единый, цельный и всеохватывающий (кого только он не «охватил»), Тамара Катаева, в отличие от Жолковского, подвергла тотальной деконструкции (если слово «тотальный» вообще применимо к «деконструкции»). Доживи Жак Деррида до выхода «Анти-Ахматовой», он остался бы доволен ученицей.

О многом мы читали раньше и у Виктора Топорова, написавшего предисловие к «Анти-Ахматовой». Причем, если Жолковский спустя десятилетия после смерти Ахматовой писал о том, что у нее «длинные руки», Топоров мало чего боялся.

Лучшие представители русского постмодернизма скорее всего даже не стали бы этим заниматься. Венедикт Ерофеев сказал, что сказал. Саша Соколов не нашел бы слов, как не находил их для многого другого; да и литература закончилась для него раньше жизни. Владимир Сорокин пошел в «Голубом сале» дальше всех: черное яйцо, которое снесла Ахматова, проглотил Иосиф Бродский, но это в большей степени характеризует Бродского, чем Ахматову.

Почему ни Жолковский, ни Топоров не дошли до полной деконструкции ахматовского мифа, а ограничились «фрагментами»? Были ли причиной другие интересы, страх перед «длинными руками», нехватка времени, просто нежелание разрабатывать тему до конца? Но даже найди они время, преодолей страх, доведи тему до конца, тема не была бы закрыта. Потому что деконструкцию Ахматовой – и это становится понятно только по прочтении всей книги – могла сделать только женщина, столь же страстная в своей антиахматовщине, сколь страстной в своей ахматовщине была посвятившая этому жизнь сама Ахматова. «Против лома нет приема. Кроме лома». «Клин клином вышибают». Простые житейские формулы как нельзя лучше описывают происшедшее.

Русский постмодернизм, который последние пятнадцать лет пинали все, кому не лень, подошел к своему завершению. Тамара Катаева сделала, казалось, для него немыслимое: написала постмодернистскую книгу, которую читают домохозяйки.

А. Бабуров
мое фото

Прочитала в настроение

ПРочитала недавно две книги, настроение было такое: "Куда приводят мечты" и "Записки жены путешественника во времени" - очень понравились обе. Написаны потрясающим языком, интересны, необычны. Всем советую.
Джерри читает

Гессе

очень люблю перечитывать Гессе "книга россказней".
Настоящее пиршество для литературоведа.
в книге представлены несколько рассказов- стилизаций под произведения разных времён.
Расположены рассказы в литературно-хронологическом порядке.

Прелесть что такое!
tea

Джон Голсуорси. Сильнее смерти

Замотавшись с рабоче-спортивными буднями, забыл написать про еще одну книгу, наряду с Колчаком прочитанную в отпуске.

В данное издание входят два произведения автора: заглавный роман 1917 г. и роман "Братство" 1908г. Уж не знаю от чего, может от того, что Братство было написано гораздо раньше и более молодым человеком, но мне оно показалось тежеловатым и скучноватым для чтения. Слишком много скатываний в занудные философствования, по большому счету не слишком приятные все главные герои. Единственый момент, оставшийся ярким пятном в сознании, - это классическое английское аристократическое обзество начала 20-го века. Это потрясающе, во время прочтения даже высказал мысль, что подобные книги нужно печатать в гламурных журналах, дабы становилось ясно, чем поведенчески отличается истинная элита от случайно попавших в нее людей. Правила поведения, созданные многовековой аристократией и порой может перехлестывающие здравый смысл, гораздо симпатичнее попыток изобразить из себя что-то подобное.

Второе произведение, давшее название всему изданию, просто восхитительно. Эта книга о прекрасной любви, о любви, которая является мостом через вечность и соответственно сильнее смерти. Но самое интересное, что сила этой любви одновременно становиться ее слабостью, потому как любая жесткая конструкция, такая любовь непластична. Она способна выдерживать сильное внешнее влияние (например, воздействие общества), а потом просто ломается. А любая малейшая слабость одного из участников может обернуться истинной трагедией для обоих влюбленных. Поэтому с одной стороны такая любовь дарит великое наслаждение, с другой - может привести к беде. но это вполне объяснимо, это как в инвестициях: чем выше доходность, тем выше риск...

А рекомендация однозначная: читайте, кто еще не читал, и получайте большое наслаждение от большой литературы.
  • Current Music
    Владимир Соловьев - 09 - Дубровский

Читайте Шекспира

Закончил читать «Лира». Для отдыха включил телевизор. Передача нашего местного канала про «черных риэлтеров». Оказывается, в ста километров от Екатеринбурга существует целый поселок, где живут несчастные люди, лишившиеся жилья в городе при разного рода квартирных сделках. Collapse )

Но я не об этом. Это случайное совмещение показало как важно прочитать Шекспира в пору когда жизнь твоя есть полный ужас и страсть. Тогда бы - все пьесы – в цель! Только тогда можно не понять – почувствовать Шекспира. А позже – перечитать, и уже понять.
А я вот – никогда не почувствую, только, может быть, пойму.
И мой призыв: читайте Шекспира в молодости!

(Кому-нибудь покажется цинизмом такой литературный вывод из реальной трагедии. Приведу цитату из комментария А.Аникста к этой пьесе: «Трагедии создаются не для утешения. Они возникают из сознания глубочайших противоречий жизни. Не примирить с ними, а осознать их хочет художник. И нас он ставит перед ними со всей беспощадностью, обнажая правду о страшных сторонах жизни. Нужно обладать великим мужеством, чтобы посмотреть этой правде в лицо так, как смотрел Шекспир».
Шекспир «подмял» реальную трагедию, литература заслонила жизнь)
sea

Про Лондон

Привет! кто-нибудь знает хорошие художственные произведения, где действия происходят в современном Лондоне? ну или хотя бы в другом большом британском городе? Очень хочется чего-нибудь такого с британским менталитетом, эх..

И ещё, кто-нибудь читал "Принцессу Нефритового трона", про японскую принцессу? Она вроде как документальная, очень скандальная. Интересно, её хоть на русский перевели?

Всем заранее большое спасибо за коментарии!
  • Current Mood
    hopeful hopeful