pisatelvova (pisatelvova) wrote in chto_chitat,
pisatelvova
pisatelvova
chto_chitat

Старик Козлодоев и лунные женщины

Владимир Маканин «Иsпуг».М. 2006. «Гелеос»
Роман о старости. Более того – сам роман - старик.
У романа путаются мысли. Наблюдается выпадение памяти. Речь его сбивается, и он лепечет трудно понятное: « … мы шли, жмясь, друг к другу…». Ему кажется, что он говорит что-то значительное («События 93- года – не рождение новой России. Это рождение новой Власти!»). Ему хочется вылезти на крышу Белого Дома и прокричать об этом всем прочим старикам.
Основа старческого бреда – фантазии насчет своей потенции. Ей роман наделяет своего героя. Герой – старик. Звать, разумеется, Петрович.
Петрович из «Испуга» такой дачный старик. В лунные ночи, он, как сатир из легенд и мифов Древней Греции, бродит по соседним дачам. Пробирается в темноте под одеяла к женщинам от двадцати до сорока. Пока те спят, а луна светит в окна, нежно насилует их. Луна при этом совершенно необходима. Она возбуждает старика.
Все прочие события развиваются на фоне этого болезненного старческого блуда. Роман очень хочет на них сосредоточиться. У него это не получается.
То вдруг появляется племянник Петровича бывший солдат Чеченской войны Олежек. У Олежека с женщинами ничего не получается. Он может это делать только на бронетранспортере. Бронетранспортера в поселке нет, и ночами Олежек роет земляные норы на дядином участке и прячется в них от канонады минувшей войны. Дядя очень за него переживает, переносит на руках в дом, сидит над изголовьем, страдает. Потом забывает про контуженного племянника напрочь. До конца романа.
У героя романа-старика есть друзья-старики. Петрович пьет с ними чай и портвешок, судачит по-стариковски. Именно в этих сценах роман молодеет на глазах. Он становится страшным и живым.
Люди прожили жизнь. Оказались в какой-то каше. Обнаружили, как чеховский старик-профессор «отсутствие общей идеи». Отсутствие общей идеи, когда другим кажется, что она есть - обидно, но не страшно. Остается иллюзия и надежда. А когда ее нет нигде, ни у кого и возможно не будет никогда – остается шляться по помойкам в поисках украденного телевизора, читать исторические романы, смотреть канал «Культура», из которого часть стариков «Испуга» сделало что-то вроде культа и священнодействия с тоской по навсегда утерянному прошлому смыслу.
Но эти честные, безжалостные, трогательные, с любовью прописанные сцены – лишь эпизодцы. Конвульсии и судороги умирающего романа-старика. Они скорее пугают и отталкивают, чем вызывают сострадание к героям.
http://www.drugaya.ru/content/doc777.html
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments