begemotfrv (begemotfrv) wrote in chto_chitat,
begemotfrv
begemotfrv
chto_chitat

Categories:

Ник Перумов. Цикл "Хранитель мечей"

Как сказано на официальном сайте Перумова "За 11 лет литературного творчества из-под пера Ника Перумова вышла 21 книга..."
Чуть позже я подсчитаю, сколько из них рассказывает об Алмазном и Деревянном мечах, но беглый взгляд на стопку книг заставляет подозревать, что почти все его творчество и есть этот самый цикл.

Но начнем по порядку. В мою жизнь, а как я подозреваю, и в большую литературу Перумов вошел фанфиком. То есть набрался впечатляющей наглости и написал продолжение к "Властелину колец". В мире фентези, как вы понимаете, это равносильно написанию романчика-другого о старости Наташи Ростовой и Пьера Безухого или о посмертии Вещего Олега.


В продолжении этом уже проявились две характерные черты творчества Перумова. Первое - в его романах очень много буковок. "Кольцо тьмы" по объему не уступило "Властелину колец", составив три толстенные книжечки: "Эльфийский клинок", "Черное копье" и "Адамант Хенны", то есть по объему не уступив оригиналу.

Вторая характерная черта - писатель уже здесь выступил как адвокат дьявола. Если у Толкина все акценты расставлены четко. Одни расы отвечают за добро, другие за зло, и если какой-нибудь эльф переметнется к Черному Властелину, то всем понятно, что это - ренегат и выродок. Перумов же проявил нездоровую симпатию к такой неаппетитной расе, как орки. До того дело дошло, что потомок Фродо (а может быть и Сэма, я ту трилогию помню смутно, давно дело было) в финале уходит с орками делать военную карьеру. Зло в той трилогии казалось уже и не злом абсолютным, а только сложной силой со своей логикой, защищающей собственные интересы. И почему бы читателю если не разделять эти интересы, то хотя бы их не уважать? В те годы (конец 80-х - начало 90-х) такой подход был очень даже внове. Хотя и напрашивался подсознательно, читатель пресытился черно-белой раскраской фентези. К тому же, англоязычные писатели тяготели (и тяготеют до сих пор) к одной метафоре. Сила зла прочно ассоциируется с фашизмом, а черные властелины с Гитлером. (Правда американцы до кучи и СССР полагали царством тьмы). Аналогии эти очень заметны не только в древнем "Властелине колец", но и во вполне современном Гарри Поттере, вплоть до расистских взглядов некоторых "плохих" магов - вспомним их презрение к маглам и полукровкам. Собственно, это презрение и являлось основной идеологической базой Вольдеморта. В постперестроечной России в условиях всеобщего бардака и игр с демократией в моде были крайняя неприязнь к любому тоталитарному режиму и к любой черно-белой идеологии. Поэтому в чести оказались и дьяволы всех мастей и их адвокаты.

Следующий цикл Перумова назывался "Хроники Хьерварада". Сюжетная канва Властелина колец осталась позади, но Толкиновский антураж, а именно - средневековый мирок, населенный эльфами, гномами, орками и прочими, остается. Мир этот усложняется, наполняется новыми расами, новой магией, но по сути - это типично толкиновское фентези. Хьервардский цикл нам уже более интересен в связи с мечами, потому что может считаться их предысторией. В первой книге трилогии "Гибель богов" мы знакомимся с темным магом Хедином, по фирменной логике Перумова - главным положительным героем. Хедин - герой нового типа: "Срок изгнания истек, и я вернулся, став куда сильнее... Пройдя змеиными тропами и мышиными норами, воздушными путями стрекоз и незримыми трактами духов... Я беседовал с мертвецами, колдунами и шаманами... Мои собственные сородичи закрыли мне пути к Тайному - я поневоле отыскивал иные дороги..." (на самом деле там перечисление "тайных троп" на полстраницы, Перумов пишет очень много буковок). "Гибель богов" дает больше всего персонажей для истории мечей. "Новые боги" Хедин и его побратим Ракот, Хрофт-Один, Истинный маг Мерлин, волшебница Сигрлинн, враг-возлюбленная Хедина, Хаген, ученик Хедина, кучка "молодых божков на последнюю букву алфавита" во главе с Ямертом. Здесь создается система миров под названием "Упорядоченное", Драконы Времени во главе с Орлангуром, Хаос и его слуги - черные маги острова Брандей, "занозой сидящего в теле нашего Мира" а также враг Упорядоченного Неназываемый. Перумов постоянно создает каких-то богов, но только Орлангур сотоварищи соответствует такому высокому званию, остальные боги больше напоминают изрядно окрутевших магов. Недаром маг Хедин справляется с толпой Молодых Богов, а когда они с Ракотом "повышаются" до Новых Богов, всякие маги и колдунишки постоянно добавляют им проблем. И даже местами одерживают победу.

Не стану упоминать две другие книги из Хьервадского цикла. Они не так важны для понимания "Хранителя мечей", хотя какие-то понятия и герои упоминаются и там. Следующая ступень к мечам - внецикловая повесть "Дочь некроманта". Действие переносится в один из двух ключевых миров "цикла мечей" - Эвиал. Также Перумов впервые демонстрирует сильный интерес к некромансерской магии и некромансерскому фентези, которым и является по сути весь цикл "Хранитель мечей".

Ну вот, с предысториями покончено. Роман "Алмазный меч, деревянный меч" - это завязка истории. Действие главным образом происходит во втором ключевом мире цикла - Мельине. И здесь почти окончательно распределяются персоналии и движущие силы эпопеи. Мельин - мир, планета (у Перумова "мир" и "планета" - практически идентичные понятия, только путешествия с планеты на планету осуществляется не на космических кораблях, бороздящих просторы Большого театра, а по тонким тропам "межреальности", на которые может попасть только либо сильный маг), империя и город-столица. В начале романа империя находится в состоянии очень хрупкого равновесия, официальный глава государства, император по сути - марионетка в руках "Радуги" - сообщества магических орденов, практически безраздельно владеющих страной. В затылок магам дышат бароны, которых по сути не устраивает ни светская вертикаль власти, возглавляемая императором, ни серые кардиналы - маги. Ордена, кстати, добавляют напряженности в обществе, всеми силами укрепляя свою монополию на магию в этом мире. "Всеми силами" - беспощадно карая всякие проявления магических способностей в простонародье и отбирая способных детей знатных фамилий в младенческом возрасте, для закрытого обучения в стенах своих монастырей. Императора маги готовят как свою игрушку тоже с младенчества, причем не самыми гуманными методами. Из мальчика последовательно выжигается (практически каленым железом) все человеческое, добрые и светлые чувства - горе существу, к которому ребенок привяжется, например щенка парню пришлось убить своими руками, и любые проявления самостоятельности - жестким неусыпным надзором за каждым шагом и каждой мыслью и постоянными демагогическими речами о пользе такого воспитания для Родины.

Расовая (точнее видовая) напряженность в обществе также очень сильна. Люди - вид в Мельине господствующий, до них царили уже знакомые нам эльфы с гномами и новые для читателя расы, в частности - "дану", мало чем по описанию отличающиеся от эльфов. Людей в те времена в Мельине вообще не было, но в один не слишком прекрасный день люди пришли огромной напуганной толпой откуда-то извне. Их встретили огнем, мечом и морем стрел, но ужас, пригнавший людей в этот мир (самое время вспомнить о Неназываемом), сильнее стали и магии встречающих. Люди просто смяли оборонявшихся числом и полным равнодушием к смерти. Смяли и закрепились в этом мире, постепенно разгромив хозяев (кстати, не слишком ладивших между собой). Прошли века, аборигены низведены до положения американских индейцев одичавших прислужников господствующей расы. Дану, как наиболее сильно сопротивлявшиеся (а значит, и более всех перебитые в боях), вообще опущены до состояния бесправных рабов, гномам отведена резервация в их любимых горах, но социальная роль в обществе сильно ущемлена. Есть еще какие-то расы, но их так мало, что и говорить о них смысла нет.

Картину дополняют беспокойные соседи империи, какие-то зловещие Древние, которых считают зловещими и древними даже аборигены, а также Всебесцветный Нерг - магический орден, которого не понимает и опасается даже всесильная Радуга, хотя формально Всебеcцветный - один из них, Серая Лига - подпольная организация с методами и возможностями КГБ, а также Церковь Спасителя, очень напоминающая христианскую, но не имеющую той власти, какая была у католиков в средневековье. Экологически Мельин тоже не благополучен – по нему регулярно гуляет стихийное бедствие под названием «Смертельный ливень». Практически это – дождь из сильной кислоты, магия против этого дождичка бессильна, защищают только очень хорошие крыши, он не разъедает только каменную черепицу.

У вас еще не закружилась голова от перечисления действующих сил? А ведь это только начало. Верхушка айсберга, так сказать. Сами понимаете, что при такой пестрой политической картине мир так и норовит рухнуть в пучину бардака и междоусобицы. Особенно, если кто-то извне подтолкнет. В Мельине к началу описываемых событий появилось три новых фактора. Два – внутренних. Раз в столетие в лесах дану «вызревает» могущественный артефакт – меч «Иммельсторм», аккумулирующий в себе всю боль угнетенного народа Дану. И только истинный сын (или дочь) этого народа может найти Деревянный меч в лесу, достать его и им воспользоваться. Иначе говоря, на всю расу существует только один оператор этого артефакта. И если он вовремя не возьмет меч, тот пропадает и жди еще сто лет. Причем, с каждым столетием сила у меча возрастает.

Одновременно, в горах зарождается Алмазный меч «Драгнир», такая же игрушка, только для гномов. Естественно, все серьезные люди в Мельине про эти чудеса знают и к их появлению готовятся. Например, «истинную дочь Дану» уже давно все вычислили кроме нее самой. Агата – рабыня бродячего цирка – то есть живет на таком дне социальной ямы, что это уже не дно, а подвал и даже канализация. Ниже просто не бывает. Только ленивый ее не пнет, тем более, что в цирке люди бедные, из самих пинают за милую душу, а тут под рукой такая отдушина. Правда, в какой-то момент, а именно в момент окончательного вызревания Иммельсторма, выясняется, что цирк битком набит агентами разных секретных служб под прикрытием. И действие развивается по предсказуемому сценарию – дану слышит зов меча, достает его из недр какого-то дерева, самый бойкий из агентов, убив по дороге парочку самых надоедливых конкурентов, его у Агаты отнимает, пока дану толком не научилась мечом пользоваться.

Гномам повезло больше – им Драгнир достался без хлопот, теперь обиженные горняки могут смело идти войной на человечество – противостоять Алмазному мечу не сможет и целая армия.

Император Мельина внешне напоминает робота в рыцарских доспехах – ни капли эмоций, вообще ничего человеческого, власть и сила на поводу у кукловодов из Радуги. Глубоко в душе спрятана боль, которую не смогли искоренить воспитатели. Император не может забыть убитых собственноручно щенка и детишек дану – просто эпизод в подготовке царственного монстра. И теперь император только и ждет момента, когда он сможет уничтожить проклятую Радугу, избавить от этой плесени родную Империю. И случай представляется – таинственный союзник дарит ему белую перчатку – артефакт, не уступающий в силе мечам.

И подожженная с трех концов в Мельине запылала война…


Вся война в Мельине – только завязка к эпопее. В итоге романа мечи забираются из Мельина молодым магом Фэссом и прячутся где-то в потайном кармане мироздания. Сам Фэсс в крайне плачевном состоянии попадает в Эвиал, забывает кто он и откуда родом (а родом Фэсс из Долины – особом мире, где живут маги необыкновенной силы) и начинает все сначала в местной Академии Магов, где начинает изучать некромантию – искусство, не слишком почитаемое в этом мире. Причем, зря к нему так относятся, Эвиал изрядно страдает от всякой ожившей мертвечины. Настрадавшись от коллег в Академии, Фэсс ухолит в свободное плавание – заниматься своими прямыми обязанностями – упокаивать мертвецов. Дело вроде бы полезное для общества, но общество Фэсса не жалует. Его, как первого действующего некроманта в Эвиале за много лет, считают Разрушителем из древних пророчеств. К тому же в Эвиале огромную власть получила церковь Спасителя, и Фэсса преследует инквизиция, особенно некий инквизитор фанатик Этлау. И, мало других забот парню, на него давят таинственные, но могущественные силы, желающие получить мечи в свое распоряжение, на него давит некая зловещая сущность под трогательным названием «Западная тьма», которая в свою очередь хочет сделать из Фесса настоящего Разрушителя. Сам Фэсс в итоге мечется по всему Эвиалу с самыми катастрофическими для себя и мира последствиями.

А в это время Мельин, едва оправившийся от войн императора с магами и людей с дану и гномами, страдает от новой напасти – Разлома – дыры в иную реальность, из которой выползают толпы чудовищ, с которыми с трудом справляются и войска и маги. Император чувствует свою вину за происходящее – белая перчатка, подарок незнакомца, помогла императору против Радуги, но и немало способствовала появлению Разлома. В общем-то мечи и перчатка (и некоторые другие силы и артефакты) схлестнувшись чуть не уничтожили Мельин. Теперь император пытается победить Разлом. А мятежные бароны, почувствующие слабину власти, вкупе с мятежными магами, ему постоянно мешают, отвлекая по пустякам, и ослабляя армию, которая и так с трудом сдерживает чудовищ.

И всем этим разборкам в двух мирах (и, в меньшей степени, разборкам Новых Богов в других местах) посвящен длиннейший цикл «Хранитель мечей».

Итак, сколько же книг заняла вся эта история:

Предыстория

Хроники Хьерварда
1. Гибель богов
2. Воин великой тьмы
3. Земля без радости

4. Дочь некроманта (+ маленькая повесть «Вернуть посох» в той же книге)

Завязка
5, 6. Алмазный меч. Деревянный меч (2 тома)

Хранитель мечей
7. Рождение мага
8, 9 Странствия мага (2 тома)
10, 11. Одиночество мага (2 тома)
12, 13, 14, 15, 16. Война мага (4 тома, последний в двух частях)

Когда я закончил второй том «Войны мага» и понял, что это - отнюдь не конец, я на Перумова сильно обиделся. Создавалось впечатление, что он вообще не хочет завершать цикл. Причем, история, которую он рассказывает, хоть и состоит из множества сюжетных линий, но развивается практически по прямой. Нет и следа какого-то локального завершения в каждом из томов цикла. типичный сериальный стандарт, когда действие движется в никуда, каждый раз обрываясь на самом интересном месте. Третий том «Войны» я покупать не стал, потому что явно за ним шел четвертый. И только убедившись, что четвертый том – конец цикла, полный и безоговорочный, я купил три последние книги.

Как это все написано? Как я уже говорил и не раз, да и из вышеприведенного цикла это очевидно, Перумов пишет очень много слов. Особенно в начале каждой книги. Продраться сквозь его вступления трудновато. В «Гибели богов» это чувствовалось очень сильно – начало очень мутное. Но постепенно, и только поэтому я «асилил» всю эту библиотеку, втягиваешься, конец книги ждешь с интересом и напряжением.

Оборотная сторона Перумовской многословности – огромное количество персонажей и сюжетных линий. Есть и исключения – сюжеты «Воина великой тьмы» и «Дочери некроманта» относительно линейны. Но зачем написан первый я вообще не понимаю, в Хьервардский цикл роман слабо вписывается, а второй – явная прелюдия к Эвиальскому циклу (хотя, возможно, когда роман писался, ничего подобного в голове у Перумова не было).

Так вот, за 12 книг, начиная с «Мечей» автор успел развернуть огромное количество сюжетных линий, причем в описании я отнюдь не все упомянул. Честь и слава автору, в финале он сумел всех их свести в одну точку и логически завершить. Ничего не было потеряно, никто не был забыт.

Еще одна особенность Перумовских сюжетов – метаморфозы, происходящие с героями. Большинство действующих лиц «Мечей» не только перешли в «Хранителя», но и получили там собственные сюжетные линии. И почти никто из основных персонажей не остался к концу истории таким же, каким был в начале. Превращения героев, и личностные и физические, очень существенны. Причем, «Хранитель» - цикл некромансерский во многих смыслах. Убить героя крайне затруднительно, персонажи восстают из пепла как фениксы, превращаясь подчас в редкостных монстров.

Понятия о добре и зле в произведениях Перумова очень расплывчаты. Враги в прошлой книге в следующей легко становятся союзниками, едва их интересы чуть поменялись. Пожалуй, единственным абсолютным злом остается Неназываемый, с маниакальным упорством пробивающий себе дорогу сквозь Упорядоченное. Но и он – не зло «моральное», просто его интересы настолько не сопоставимы с интересами Упорядоченного, что он становится объективным врагом реальности. Но и у него находятся союзники, пытающиеся на этой войне сделать себе политический капитал.

Неожиданно, под конец цикла странный приобрел Спаситель. Причем образ этого героя очень напоминает христианского Спасителя. Честно говоря, последние книги откровенно попахивают сатанизмом, все положительные герои – орудия тьмы, а Спаситель – очень неприятная сущность. Я все-таки абстрагировался от этого сходства, просто решив для себя, что Спаситель никакого отношения к Христу не имеет, скорее это – некий собирательный образ, рожденный современными изрядно себя скомпрометировавшими религиозными институтами. Не стоит всерьез приплетать к циклу религию.

Сам факт, что я прочитал всю эту библиотеку, говорит, что читать мне было интересно. Хотя цикл «Хранитель» растянут до невозможности. Особенно, если учесть, что большинство персонажей и сюжетных линий перетекло в цикл из «Мечей». Вполне можно было сократить «Хранителя» как минимум вдвое, тем более, что сюжетная наполненность ненамного больше, чем в мечах.

Цикл этот ставит точку над Толкиновскими мирами. Даже поклонников фентези тошнит при упоминании эльфа, гнома или орка в тексте. Не спорю, Перумов изрядно усложнил и перестроил эти миры, придумал новые расы, новую магию. К тому же начал писать цикл он давно («Гибель богов» датируется 1991-1993 годами). Но видеть эти расы и вообще средневековое фентези в книгах уже никто не хочет. Еще несколько лет люди будут смотреть фильмы с такими сюжетами, но читать все это – врядли.

Жанр как таковой нуждается в основательном ребрендинге. Магия как таковая не наскучит никогда, но антураж приедается быстро. Особенно в наше время, когда написано уже столько книг, что даже самые талантливые авторы что-то да заимствуют в сюжете или сверхзадаче. Все уже написано, тем сильнее надо следить за собой, чтобы избегать вторичности там, где это возможно. Но удовольствие от этого цикла получить еще можно, чтобы больше нигде и никогда не прочитать слово «эльф».
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments