ProtectmefromwhatIwant (zaboraviti) wrote in chto_chitat,
ProtectmefromwhatIwant
zaboraviti
chto_chitat

Category:
  • Music:

Рукописи не горят?

я эту книгу еще не дочитала - смакую - очень уж она мне нравится. это сборник эссе Артуро Переса-Реверте "Корсарский патент", эссе, которые автор публиковал на протяжении 1993-1998 гг. в еженедельнике "Семаналь". я не читала и, скорее всего, никогда не прочту художественной прозы Переса-Реверте - не мое. но от двух его книг эссе - "Корсарский патент" и "С намерением оскорбить" - оторваться не могу. филологический дар во мне не силен (если таковой имеется вообще),потому хочется просто предоставить автору говорить самому за себя.


Артуро Перес-Реверте

Книгоубийцы
(из книги «Корсарский патент»)

Видеть, как убивают человека, слышать крики насилуемой женщины или смотреть, как полыхает библиотека, — вряд ли стоит рекомендовать кому-то обзаводиться подобным жизненным опытом. А вот я имел сомнительную честь оказаться свидетелем всех этих варварских вещей. Когда упоминаешь о них здесь, на холодную голову, кажется, что они присущи исключительно жестоким, отдаленным от нас местам и временам. Ну, вы же знаете, разные там кровожадные типы, заросшие бородами. Но, тем не менее, все вышеперечисленные кошмары принадлежат истории человечества до такой степени, что частенько происходят в одно и то же время в одном и том же месте. Это нечто вроде проявлений одного и того же ужаса, общего для всех представителей человеческой породы.
Выстрел в затылок и вопящих женщин я оставлю до другого случая. И в конце концов, пылающие книги — симптом того же самого, продукт того гнусного импульса, что поселяет неизбывную боль в глазах женщины и засевает кукурузные поля телами мужчин с перерезанным горлом и связанными за спиной руками. Все это - один и тот же ужас. Все это — одна и та же война.
Несколько месяцев назад я видел, как горит библиотека. Она горела всю ночь и следующее утро, бумаги и книги, словно искры, метались туда-сюда между объятых огнем стен и падали на город, уже обратившись в пепел. Этот город называется — все еще называется — Сараево.
К нашему вящему стыду пека существования человечества окутаны мраком - сомнительный каламбур, — рожденным пламенем горящих библиотек: они горели в Александрии, Константинополе, Кордове, Клуни, Гейдельберге, Сарагосе, Страсбурге. Я, как и все мы, знал об этом из книг, из истории. Не раз представлял себе солдат с факелами, блики пламени, играющие на полках, пылающие костры из книг. Но никогда до Сараево я не мог даже представить себе, какое бессилие и отчаяние может испытывать человек при виде разрушения памяти своей расы. Уничтожения всегда бессмысленного, подлого. Иррационального.
Это зрелище врезалось в мою память, и врезалось неизгладимо. На сей раз там были не солдаты с факелами, а вполне современные чудеса технологии. Махины, спроектированные знатоками своего дела — инженерами из тех, кто, потрудившись над чертежами и эскизами, с удовлетворением сознавая, что честно отработал свое дневное жалованье, отправляется домой, где его поджидает с ужином его Марипури. В ту ночь в Сараево пушки целили не в человеческую плоть, а в материю, составляющую ее душу и ее ум. Еще в первую хорватскую кампанию - помните город под названием Вуковар? - мне пришлось убедиться, что в Балканском конфликте целью для первых же сербских бомб всегда служили церковь, архив, очередной музей. И Сараево не могло быть исключением.
Из свода инструкций: прежде всего следует произвести пушечный обстрел с ближайших возвышенностей, веди огонь по крыше библиотеки. Лучше всего, если это будет красивое здание с треугольным фронтоном, с восьмигранным портиком, окруженным мраморными колоннами. Затем, когда огонь охватит сотни тысяч книг, целые собрания публикаций, рукописей и уникальных изданий, следует вести минометный и снайперский огонь по командам спасателей. А затем предоставить огню делать свое дело, пока не сгорит все. Как видите, все проще простого. Вполне по плечу любому сукину сыну.
Команды спасателей. Слыша эти слова, представляешь себе нечто организованное, действенное. На самом же деле это были несчастные жители старого Сараево: полумертвые от голода, худые, изможденные, они выходили из своих домов, бросая вызов огню, пытаясь спасти остатки своей библиотеки... Они метались под пулями, и бомбами, вбегали в здание и выбегали из него, нагруженные книгами и рукописями. Мы снимали, как они плачут над обратившимися в пепел страницами, бессильные и трогательные в своем порыве. Не было воды, чтобы загасить пламя. И все сгорело дотла. Как сгорел Институт Востока вместе с трудами каллиграфов, собранными за тысячу лет от Самарканда до Кордовы, от Каира до Сараево. Бесценные уникальные издания. Усилия и жизнь тысяч людей, оставивших в них свои ресницы, свой ум, свои мечты. Все было стерто за одну-единственную ночь, и этого больше не существует. Никто никогда не сможет этого прочесть. Никогда.
Позвольте мне поведать вам один секрет. Когда книга сгорает, когда книга уничтожается, когда книга умирает, что-то в нас самих безвозвратно калечится, усекается, и на его месте возникает черная пустота, пятно тени, питающее ночь, которой человек вот уже много веков старается не дать подступить. Когда сгорает книга, погибают все жизни, сделавшие возможным ее существование, все жизни, содержащиеся в ней, и все жизни, которые в будущем эта книга могла бы одарить теплом и знанием, умом, наслаждением и надеждой. Уничтожить книгу — то же самое, что убить душу человека. А это иногда — еще хуже, еще подлее, чем убить его тело.
Бывают убийства сознательные, совершаемые вполне осознанно, с ведома воли. Преступления, которые, возможно, оказались бы объяснимыми или хотя бы спорными, будь они совершены в порыве страсти, гнева, патриотизма, ненависти, ревности, под влиянием утопических идей или по неведению. Но убийству книги, разрушению библиотеки почти никогда не бывает объяснения или смягчающих обстоятельств. Напротив, речь обычно идет о волевом акте, сознательном и жестоком, символическом и злодейском. Ни одно убийство книг не бывает случайным. Ни одно убийство книг не совершается по наивности.


P.S. ищу "Корсарский патент" ("Patente de corso") и "С намерением оскорбить" ("Con animo de ofender") в оригинале, на испанском - в электронном виде. если кто-нибудь может помочь, буду весьма признательна. или лучше в испанское сообщество обратиться?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments