lera_briz wrote in chto_chitat

Categories:

Дердь Шпиро. "Дьяволина Горького".

Первое чувство, испытанное мною после   прочтения книги Дердь Шпиро «Дьяволина Горького»-  это удивление. Я не знала, что Горький долго болел и умер от туберкулеза. Про чахотку Чехова я знала, как  знает это  каждый двоечник, а про ту же болезнь у Горького я не  имела не малейшего представления. И вот книга, написанная известным венгерским писателем от имени медсестры, ухаживающей за Горьким,  преподносит много новых  подробностей из жизни советского писателя. 

Я  узнала, что в  Сорренто писателю, у которого была высокая температура и часто  кровь шла горлом,   доставили кислородную машину, оплаченную Сталиным. После чего  он, Алексей, так называет писателя автор фиктивных воспоминаний медсестра Липа ( Олимпиада Дмитриевна Черткова -1878-1951г) стал наконец ночью  спать.   Я узнала, что в Италии постоянно находились советские врачи - Левин, Плетнев. Сталин все делал, чтобы вернуть Горького на постоянное жительство в СССР.    Когда Горький однажды после отпуска не вернулся  в СССР, оставшись в Сорренто,  Сталин  сообщил, что врачей  рядом  отныне  не будет, а  больного лечить  будут по переписке. И все это -  машина кислородная,  врачи, которые то давались, то отнимались,- все это было сделано с целью  окончательно вернуть Горького  на  Родину. Старый писатель, тяготившийся  тем, что живет в гостях у фашиста Муссолини,  и  не получающий к тому же гонорары за свои произведения, выпускаемые в СССР, принял решение вернуться окончательно. Он вернулся, работал,  болел и умирал  в Крыму.  Точнее, он пытался работать. « Когда в мозг не поступало достаточно крови, он не мог даже читать и  весь день бродил как потерянный». «Последние два года почти не работал, - в основном писал «подхалимские письма да статьи в сталинском духе. О новом повальном голоде он не сказал ни слова». « До моря было 200 метров, но мы не ходили, так как  подниматься надо было в гору». Он сидел в кресле, так как лежать не мог из-за пролежней. Когда он умер, то   врачи,  проведя вскрытие,  очень  обрадовались, - «Оба легкие и бронхи целиком за известковались»,  они тогда думали, что это спасет их от обвинений. 

Каким  предстает Горький, главный герой,  в этой книге Дердь Шпиро? Необычным. «Все фальшивое у Алексея, - как говорил, как одевался», фальшивой была  блуза-косоворотка, сшитая на заказ, «в этом придуманном для себя маскараде сам чувствовал себя неловко». «Первое впечатление при встрече с ним – выставляется напоказ».  Мне понравилось выражение – «пещерные надбровные дуги». Он был хорошим актером, «возможно, актер получился бы лучший, чем писатель, но он ведь и так лицедействовал всю жизнь», мог легко заплакать, мог подавить в себе смех.

Он считал, что может влиять на людей, в том числе на Ленина и на Сталина. «Ленина он знал хорошо, и все же готов был разочаровываться в нем до бесконечности».  Он хотел, чтоб Сталин заключил компромисс с Бухариным и стабилизировал обстановку в стране. Ладыжников сказал о Горьком, что «ему нужно постоянное обожание, а поскольку один человек этого дать не может, то он таскает за собой целый двор». Он содержал всегда много народу, на Капри, в Сорренто приезжали и жили месяцами за его счет.  Горький спас от смерти, от тюрьмы много народу, в основном при жизни Ленина.  Понятно, что больной человек уже не мог никого спасать.  Хотя Сталин обожал, когда Алексей его о чем-нибудь умолял. 

«Будучи человеком гордым, Алексей не особенно интересовался, что думают о нем люди, его интересовало, что думает о нем Бог, в которого он не верил». Я приведу  другое высказывание автора, немного противоречивое – « Он терпеть не мог критики и выслушивал ее в качестве Пешкова, бурчал, дескать,  он ни при чем, это все Горький». Письма свои он подписывал всегда Пешков.  Еще одно качество интересное было у Горького - «У Алексея это было в привычке: игнорировать, не помнить деталей, как-то скрашивать вещи, смотреть на них с оптимизмом».

Кроме Горького я узнала о других людях из его окружения. Вообще в книге много действующих лиц, одним уделено больше внимания, другим -  меньше. Медсестра  Липа много «писала» о  Максиме - сыне Горького  и Катерины Павловны. «Он был бестолочь, ничего не умеет, всем указывает». Много пил, в Италии пьяным гонял на мотоцикле, в Союзе ему гонки  запретили, что привело  Максима в шок. Толком не выучил ни одного языка, хотя обучался во французской, немецкой и итальянской школе. « Невнимателен, не мог ни на чем сконцентрироваться, не мог дочитать ни одной книги». Работал чекистом у Дзержинского, устроенный по знакомству.  Феликс почти год провел на Капри после побега из ссылки, там узнал Макса, тогда еще подростка,  ну и приютил после  в своей организации.  Максим реквизировал хлеб.  Много чего пробовал, даже в Европе стриптиз танцевал, когда жалованье задержали, был такой единичный  эпизод.  Умер от того, что после первомайской попойки проспал долго  на земле холодной. Пневмонию не смогли победить.

Мура, Мария Закревская - Бенкендорф - Будберг, которой посвящен « Самгин»,  была переводчицей Горького  и  его литературным агентом.  Она так и не вышла за Горького, хотя он предлагал руку и сердце.  Ей и Уэллс предлагал брак,  ему она тоже отказала. «Алексей был привязан к ней, она была авантюристкой, он тоже  был таким». Муру обвиняли в том, что она была сотрудницей ЧК, «у ЧК было достаточно стукачей и без Муры, все в окружении Алексея доносили». Она бегала от него, возвращаясь «лишь из-за славы и денег. Он чувствовал себя виноватым, что в молодости заработал туберкулез». Мура  орала на него, « так она мстила ему за то, что  он стар и болен, хотя стакана воды в комнату не принесла и уход за больным не ней не висел». «Болезни называла капризами. Не каприз ли, когда человек решает, что ему тяжело дышать, хотя все остальные дышат». У умирающего писателя Мура вырвала право на издание его  произведений за рубежом, сама написав текст завещания. Ей были нужны деньги для своих детей. Кроме своих детей, как пишет автор, она никого не любила. Архив Горького тоже забрала Мура.

В книге описываются и другие жены писателя - Екатерина Павловна, мать Максима, приезжающая в дом, чтобы побыть с сыном. «Она  говорила всегда плаксивым голосом-оттого, что Алексей двадцать лет назад ее бросил». Автор устами медсестры Олимпиады Чертковой доброжелательно отзывается о  Марии Федоровне Андреевой, еще одной любимой женщиной Горького.  Временами все  женщины, собравшись вместе,  гостили у Алексея. Рассказывается в книге  о Зиновии Пешкове, приемном сыне писателя, которого Горький  очень любил. Много других исторических лиц показывает автор, я назову  лишь некоторых, это  Каменев, Зиновьев, Морозов, Парвус, но делает так, что все характеристики исторической  личности  остаются в памяти.

Я не сразу доверилась книге, потому что жанр необычный. Личность реальная – медсестра Олимпиада Черткова, отсюда Дьяволина, так Липу называли в Италии, а мемуары вымышленные. Я проверяла информацию в интернете, но  после нескольких попыток поняла, что все верно, не надо перепроверять и контролировать замечательного венгерского писателя  Дердя Шпиро. Единственное, что не получило подтверждения во всемирной паутине -  это слова автора о том, что «Педагогическую поэму» почти полностью написал Горький, опираясь на записки Макаренко. Горький  злился, что забросил своего « Самгина»  и пишет «Педагогическую поэму». Вообще-  то Горький всегда  работал над рукописями начинающих писателей, Макаренко не исключение. Тот факт, что «Педагогическая поэма» посвящена Горькому,  убеждает меня в том, что Шпиро был прав.

Каким был Горький? Добрым - содержал кучу родственников,  чужаков, правил рукописи начинающих писателей, издавал книги, вытаскивал людей из тюрем. И был  бесконечно больным человеком достаточно долгое время. А Липа, или Дьяволина,  была его последней любовью. Советую прочитать эту книгу, вы получите удовольствие, читается легко, остается в памяти. Книга выпущена издательством « АСТ», Москва.

Error

Comments allowed for members only

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded