ленивый, но упрямый (sizif73) wrote in chto_chitat,
ленивый, но упрямый
sizif73
chto_chitat

Categories:

Нил Стивенсон "Анафем"

cove3r.jpg

Новый шедевр интеллектуальной прозы от автора «Криптономикона» и «Барочного цикла».
Роман, который «Таймс» назвала великолепной, масштабной работой, дающей пищу и уму, и воображению.
Мир, в котором что-то случилось — и Земля, которую теперь называют Арбом, вернулась к средневековью.
Теперь ученые, однажды уже принесшие человечеству ужасное зло, становятся монахами, а сама наука полностью отделяется от повседневной жизни.
Фраа Эразмас — молодой монах-инак из обители (теперь их называют концентами) светителя Эдхара — прибежища математиков, философов и ученых, защищенного от соблазнов и злодейств внешнего, светского мира — экстрамуроса — толстыми монастырскими стенами.
Но раз в десять лет наступает аперт — день, когда монахам-ученым разрешается выйти за ворота обители, а любопытствующим мирянам — войти внутрь. И однажды в день аперт приходит беда. Беда, ставящая мир на грань катастрофы. Беда, которую возможно будет предотвратить лишь совместными усилиями инаков и экстов…
Прочитать эту аннотацию после того, как прочитал книгу - бесценно. :D Нет, серьезно. Занятно бывает поразмышлять, о чем думали те, кто это писал. Как они видят читателя этой книги, как они видят того, кто купит эту книгу, прочитав эту аннотацию. С другой стороны, если развивать идеи книги чуть дальше, то не так уж сильно они исказили содержание.

В начале идет пространное вступление, объясняющее, что это не Земля ни в будущем, ни альтернативная. Это совсем другая планета, с совсем другой природой и историей, просто похожая на Землю, а что на ней не похожее, так для простоты восприятия называется теми же словами, как и у нас. Странно, фантасты прежних поколений подобным не заморачивались, писали свой мир как хотели, оставляя ассоциации, аллюзии и домыслы на откуп читателю.
Ближе к концу это вступление вызвало еще больше недоумения, или он настолько не доверяет своим читателям, или издатели - своим.


Очередной рассвет после темных веков. После Разрушения и Ужасных Событий, похоже, эвфемеизма атомной войны, и последовавших темных веков, власти и ученые ввели ограничения на создание и обмен научной информацией.

Ученые собрались в конценты-матики с довольно строгим уставом в части обмена информацией, что-то вроде монастыря и университета в одном лице. Они разделены на ордена - научные школы с тысячелетними традициями. В зависимости от устава матики раз в несколько лет на десять дней открывают ворота для общения с внешним миром. Некоторые открывают ворота в мир каждый год, некоторые раз в десять лет, другие - в сто, в тысячу. Миряне-эксы могут входить внутрь, просто на экскурсию или поклониться почитаемым ими святыням. Монахи-инаки сходить в увольнительную, взглянуть на нынешний уклад мира, навестить родных. Некоторые чувствуют себя пассажирами машины времени. Внутри монастыря уклад не меняется веками, а снаружи на том же самом месте можно застать и мегаполис, и дикий лес, и поле боя. Но, как отмечает один из персонажей, вся цивилизация пользуется технологиями четырехтысячелетней давности. Власти нашли способ оградить свой мир от технологий, которые не могут надежно контролировать.

Но и внешний мир вторгается в дела матика. Вдруг стало происходить нечто, о чем скромному инаку-десятилетнику, на наш масштаб - аспиранту, а то и вовсе старшекурснику, никто докладывать не собирается. Внезапно поступает приказ "не смотреть на небо", нарушитель безжалостно изгоняется, а мирские власти призывают крупнейшего философа, решить какую-то задачу. Потом и вовсе все приходит в движение, каждому предписан свой маршрут, но подбирается команда из желающих раскрыть тайны, и они отправляются в большое путешествие-приключение,

Постепенное проявление тайны стоит того, чтобы не спойлерить почем зря, и оставить еще не читавшим большую часть удовольствия.

Много описаний мира, особенно поначалу. Подозреваю, была большая трудность в переводах выдуманных терминов, но и раздолье для переводчика - хочешь, бери что-то имеющееся в словарях, хочешь, сочиняй свои на основе корней разных языков, подчеркивая выбором нюансы. А дальше или во вставных словарных статьях разъяснят, или сам разбирайся.
Впрочем, сам мир автора интересовал постольку поскольку. Он похож на наш, на современном нашему уровне развития, просто последние четыре тысячи лет не развивается. Природа мира аккуратно собрана из частей нашего, без особого насилия над воображением, ровно столько сколько нужно для развития сюжета. История и география мира, разумеется, отличаются от наших, но как раз на столько, чтобы читателю захотелось искать аналогии.

Текст вызвал у меня ассоциации с двумя книгами, в которых приключения мысли и духа, и даже немного тела, происходят на фоне монастырской жизни. Естественно, это "Имя розы" Умберто Эко и дилогия о монастыре Святого Лейбовица Уолтера Миллера. Со вторым сближает еще и то, что этот мир тоже пережил Ужасные события, намекается именно на атомную войну, и различные решения после тех событий как раз и сделали этот мир таким, по крайней мере в отношении научного знания. Если говорить о других книгах, то в какой-то момент возникла перекличка с "Карантином" Грега Игана и тамошними квантовыми парадоксами.

Раскавыченные цитаты из философов, исторические эпизоды, надерганные из разных времен земных цивилизаций. Игры с мемами нашей цивилизации, иногда только взгляд с необычной стороны, иногда полное переворачивание смысла. Переложение философских идей, как они могли бы возникать и развиваться в других условиях. Это, собственно, одна из центральных тем книги: альтернативная эволюция философских идей. Для читателя - это сам мир книги, для персонажей - "кузены", взявшиеся неведомо откуда.

Чтобы читатель не заскучал, внимая философским диалогам, они почти всегда происходят одновременно с каким-нибудь потенциально опасным сюжетным действием - перемещением по внешнему миру, о котором у большинства весьма смутное, а то и никакого представления, конструирование интриги, могущей закончиться изгнанием из монастыря, переживания любовных коллизий. По Барочному циклу мне показалось, что автор избегает сильноэмоционального экшена, но тут и на это расщедрился: мордобой в Шаолиньском стиле - пожалуйста, игры в орбитальных перехватчиков - бога ради, выживание в ледяной пустыне - есть такая буква.

В тексте можно увидеть реверансы в сторону и ныне живущих философов и математиков. В какой-то момент персонажам и читателю читают лекцию о квантовой механике и природе сознания с несколькими гипотезами, склоняя согласиться с теми из них, что помоднее. В какой-то момент понимаешь, что эти гипотезы и есть движущая сила этого текста. И вот тут я несколько заскучал. Я, как бы это выразиться, склоняюсь к другой традиции, которую автор не преминул изящно обгадить, связав ее с Оруэлловским 1984. Мне подобные идеи кажутся слишком вычурными при том, что какой-то особой предсказательной силой похвастаться не могут, - красивая романтическая иллюстрация, не более. Но кое-что показалось достаточно интересными, для более внимательного изучения. И нужно сказать, что Пенроуз, некоторые из идей которого там рассмотрены, переставлен в очереди на прочтение повыше. Да и Платон еще не прочитан.

В благодарностях неплохой и довольно пространный список авторов и их книг, послуживших источниками идей. Названия большинства на русском, полагаю, это говорит, что есть переводы.

Ну и пара цитат, перекликающихся с нашим миром:

Люди, создавшие систему, ревниво берегут свою монополию: не на деньги, не на власть, а на осмысленный сюжет. Если подчинённым есть что рассказать после рабочего дня, значит, случилось что-то неправильное: авария, забастовка, серия убийств. Начальство не хочет, чтобы у людей была собственная история кроме лжи, придуманной, чтобы их мотивировать. Тех, кто не может жить без фабулы, загоняют в конценты или на такую работу, как у Юла. Остальные должны искать ощущения, что они — часть истории, где-нибудь вне работы. Думаю, поэтому миряне так одержимы спортом и религией. У них нет других способов почувствовать, что они играют важную роль в приключенческой истории с началом, серединой и концом. Мы, инаки, получаем свой сюжет готовым. Наша история — познание нового.


Предвестие, одно из трёх последовательных бедствий, охвативших почти весь Арб в последние десятилетия эпохи Праксиса и, по мнению более поздних исследователей, ставших прологом к Ужасным событиям. В чём именно они состояли, установить трудно, поскольку записи (по большей части хранившиеся в синтаксических устройствах, которые позже перестали работать) утрачены, однако практически общепринято, что Первым предвестием была всемирная волна насильственных революций, Вторым — мировая война, а Третьим — геноцид.
Tags: С, научная фантастика, фантастика, философия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments